Почему Славянск не Мадрид, а Донбасс не Испания (Лбов А.)

Ответ на вынесенный в заголовок вопрос начну очень издалека.

Сегодня один товарищ спросил меня, стоит ли ему читать Эвальда Ильенкова. Не имея представления, на какой стадии изучения марксизма в целом и диалектики в частности находится товарищ, я, надо признаться, затруднился ответить на вопрос. С одной стороны, диалектика у Ильенкова имеет все черты идеализма, Ну, например, трактовка единства противоположностей у него вполне в духе «золотой середины», я как-то об этом писал, из чего он выводил прорыночные идеи относительно советской экономики. С другой стороны, он многие вопросы, как и всякий популяризатор, вполне внятно излагает и вообще уделяет диалектике огромное внимание. Потому абсолютного ответа тут не существует — и весь вопрос в том, что человек склонен из Ильенкова вынести — то ли читать потому, что «моден», то ли пытаться разобраться в диалектической логике. Пока что видно, что вопросом критики Ильенкова необходимо озаботиться в будущем.

Однако сам факт такого вопроса показывает, что наши читатели осознают и понимают важную познавательную ценность материалистической диалектики, и недостаточное владение оной — постоянный и систематический источник политических ошибок при анализе политических явлений.

В чем отличие диалектической логики от формальной?

Во-первых, формальная логика оперирует неподвижными, строго, раз и навсегда определенными ФОРМАМИ, абстрактными и безусловными как раз в силу субъективности их определения. И завтра, и послезавтра, и через тысячу лет квадрат останется четырехугольником со всеми прямыми углами. Во-вторых, предмет, которым оперирует формальная логика, абстрактен и субъективен: она оперирует понятиями, которые не связаны с реальными свойствами предметов, стоящих за понятиями. В-третьих, формальная логика неконкретна: понятие А останется понятием А вне зависимости от условий места и времени.

В отличие от формальной логики, диалектика оперирует ИЗМЕНЧИВЫМ и КОНКРЕТНЫМ предметом. А не равно А, взятым в разное время и в разных обстоятельствах. По меткому выражению Гераклита, «нельзя дважды войти в одну и ту же воду». Диалектика берет не вещи «вообще», а вещи, строго взятые в определенное время и определенных обстоятельствах. И.В.Сталин не случайно выделял закон всеобщей взаимосвязи в качестве одного из основных законов диалектики. Вещи не существует «вообще», «вообще» — это абстракция, она содержит в себе ошибку, не учитывая многообразия связей каждого элемента общности. Еще с древности огромное количество софизмов и парадоксов было основано на изменчивом характере вещей и на противоречивом характере их свойств, которые не вписывались в формальную логику именно из-за своей КОНКРЕТНОСТИ и ПРЕДМЕТНОСТИ. Парадокс Зенона о черепахе целиком, например построен на игнорировании факта НЕПРЕРЫВНОСТИ ВРЕМЕНИ И ДВИЖЕНИЯ — греки ломали голову над тем, что собственно время и движение дискретны и бесконечны лишь в абстракции, а в конкретной практике Ахилл легко догоняет черепаху в силу того, что бесконечное деление отрезков — это абстракция, а на практике количество таких отрезков конечно и конкретно определено численно именно в силу непрерывности времени и движения.

Конкретность – это существенное, отличительное свойство диалектики. Когда мы берем очень общее понятие, то от многих изменений и самого факта движения может абстрагироваться как от несущественных, например, для понятия «планета Солнечной системы», говоря о временном промежутке в один год, мы можем позволить себе абстрагироваться от факта изменения – количество и качественные характеристики, равно как и количество планет, не претерпело никаких изменений, как минимум, сотни миллионов лет до н.э. Поэтому понятие планеты можно брать как неизменное, в рамках формальной логики. А когда мы говорим о крупных временных промежутках, то это лишь частный случай конкретного и изменчивого, и мы уже не можем игнорировать факт изменения, т.е. возникновения и развития. Таким образом, общее понятие становится в силу своей неполноты частным случаем конкретного содержания реальных вещей.

С непониманием проблематики конкретного в материалистической диалектике связана одна часто повторяющаяся ошибка: неправомерное суждение по аналогии. Любая аналогия основана на представлении о том, что у разных предметов имеются общие свойства, определяющие другие общие свойства. Но в силу того. что общее понимается метафизически, неконкретно, как застывшее на все времена, это ведет к ошибке.

Например, в связи с украинскими событиями отчетливо проявилась очень распространенная ошибка о том, что антифашизм – всегда союзник коммунистов, и коммунистам надо безоговорочно поддерживать антифашистов. При этом активно ссылаются на опыт республиканской Испании. Вот, например, известный публицист Виктор Шапинов пишет:

«За республиканскую Испанию тоже воевали не только стопроцентно идейные коммунисты. Известно, что среди комбатантов-республиканцев попадались даже бывшие солдаты петлюровских войск. Достаточно почитать «По ком звонит колокол» Хемингуэя, чтобы убедиться — на защиту Республики поднялись люди с разным, часто сомнительным прошлым. И все же, они вошли в историю как герои-антифашисты. В составе Интербригад воевали добровольцы из других стран — в том числе, множество представителей такой далекой от Испании Западной Украины. И пропаганда лидера фашистского мятежа генерала Франко тоже называла их «сталинскими туристами», «диверсантами» и «террористами».

Несомненно, что 99% воинов ополчения на Юго-Востоке — граждане Украины, местные жители. Вероятно, более половины из них являются этническими украинцами. Но сейчас не важно, кто и откуда воюет за демократические свободы и против возрождения фашизма»/ (1)

Иными словами, Шапинов выступает за подчинение коммунистических сил целям и задачам «антифашизма», т.е. борьбы за буржуазную демократию, называя вещи своими именами. Но насколько корректна аналогия с Испанией? Поверхностно мыслящие люди, потрясая томиками хемингуэев, явно не понимают, что дважды в одну воду не входят.

Что являла собой Испания в 1936 году и в какой ситуации в мире проходила борьба с фашизмом?

Во-первых, 1936 год — это год внушительной победы социализма в СССР. СССР не только справился в целом с коллективизацией и индустриализацией, но и существенно повысил экономическую, политическую мощь и укрепил свое влияние в мире.

Во-вторых, вдохновленные успехами в СССР, во всем мире росли и крепли коммунистические партии, объединенные в Коминтерн, под значительным влиянием этих партий были множественные рабочие организации – профсоюзы, спортивные, культурные общества.

В-третьих, назревала мировая война, сформировался Антикоминтерновский пакт, формировались империалистические блоки, которые пытались натравить друг друга на СССР и покусывали друг друга, причем без особого ожесточения,

В-четвертых, в самой Испании влияние коммунистов было относительно сильно, а социалисты и анархисты в определенных условиях могли поддержать многие собственно социалистические меры.

В-пятых, в Испании активно шли революционные процессы – как буржуазно-демократического характера, так и социалистического.

В-шестых, СССР активно вмешался в испанские события и оказал существенную помощь антифашистам. Он это реально мог.

Т.е. существовали условия, которые требовали а) не допустить сговора империалистов против СССР, б) взять власть в Испании и приступить к социалистическим преобразованиям.

Таким образом, формирование интербригад, добровольчество и подчинение коммунистов интересам буржуазно-демократическим было в первую очередь ФОРМОЙ ЗАЩИТЫ СССР и ВЗЯТИЯ ВЛАСТИ в самой Испании. Если смотреть хронологически, то коммунисты формировали МОНОЛИТНЫЕ КОММУНИСТИЧЕСКИЕ СОЕДИНЕНИЯ – 5-й полк, а потом уже по договоренности с буржуазными республиканцами разворачивали отдельные свои соединения в бригады, в т.ч. интернациональные. Почему? Потому что коммунистам надо было в революционных условиях иметь собственные вооруженные силы, способные принудить класс буржуа к выполнению коммунистической программы, если вдруг не удастся договориться (а договориться часто без выкладывания на стол такого козыря, как 5-й полк, не удавалось). Иными словами, через интербригады коммунисты шли к власти. При этом отпор, оказываемый франкистам и их итало-германским союзникам в Испании связывал итальянским и немецким фашистам разворачивание агрессии против СССР и работал против политики англо-французов, заключавшейся в натравливании Гитлера на СССР: им пришлось отдать Гитлеру Испанию в качестве аванса. К тому же война в Испании вбила изрядный клин в правящие классы Антанты и изрядно напугала массовую силу буржуазии – мелкого буржуа, который испугался за свои буржуазные свободы, дававшие ему иллюзию хозяина жизни.

В ходе войны КПИ сильно расширила свои возможности для пропаганды, завоевала значительные массы, имела собственные вооруженные формирования, способные по уровню боевой силы соперничать с остальными республиканскими соединениями. Если бы республиканцам удалось отбиться, то нет никакого сомнения, что КПИ имела бы в руках все возможности скинуть республиканцев и начать социалистические преобразования.

Потому подчинение коммунистов республиканским военачальникам, согласие коммунистов воевать за Испанскую республику было результатом СДЕЛКИ, в которой коммунисты заранее обговорили себе более выгодные условия, и могли эту сделку, опираясь на СССР, к тому же пересматривать в свою пользу. В интербригадах было особенно хорошо видно, что коммунисты в этой сделке ИСПОЛЬЗУЮТ РЕСПУБЛИКАНЦЕВ и БУРЖУАЗНЫХ АНТИФАШИСТОВ в своих целях. Эрнест Хемингуэй, хотел он это или не хотел, приехал и воевал фактически за… Коминтерн, и неважно при этом, о чем он думал. Штыки лишними не бывают.

Но, когда мы рассматриваем современную ситуацию в Донбассе, то мы не видим никаких условий, которые позволили бы нам рабски копировать испанский опыт.

Во-первых, нет СССР, который дипломатической, политической, экономической мощью может быть фактором воздействия на буржуазных националистов Донбасса, выдвинутых к власти стихийным протестом против украинского национализма. Зато есть Путин, который этот национализм поддерживает в сугубо империалистических целях.

Во-вторых, компартии на указанной территории нет. Вообще нет. Нет ни организационных структур, ни пропагандистских кадров, ни сколь-нибудь структурированной связи с сочувствующими, ни денег, ни связей. Вообще ничего. Такой политической силы как коммунисты, в Донбассе не существует. Пропагандировать что-либо в условиях боевых действий «с нуля» совершенно бесполезно, и при отсутствии местных кадров шанса собрать сколь-нибудь значимое в количественном (не говоря уже о боевом) отношении соединение практически нет.

В-третьих, военно-политическое положение Донецкой и Луганской республик отнюдь не столь плачевное, как республиканцев в начале франкистского мятежа. И «Правый сектор» на фалангистов тянет разве что по уровню террора против мирного населения, но никак не приближается к боевой ценности хотя бы туземных марроканских частей. Практика показывает – восточные противники бандеризации самостоятельно и без помощи коммунистов вполне справляются. Как свидетельствует сам Шапинов, левые в Одессе погибали в Доме Профсоюзов, но никаких политических успехов не добились. Никакие условия своего участия в Антимайдане та же «Боротьба» буржуазным силам не выставляла. Иными словами, в «одесской Хатыни» коммунисты горели БЕСПЛАТНО и БЕЗДАРНО.

В-четвертых, националистические настроения в Донбассе относительно сильны, отряды «ополчения» состоят из националистов высшей пробы, и, как показывают личности хотя бы тех же Стрелкова и Пушилина, настроены РЕЗКО АНТИКОММУНИСТИЧЕСКИ, в отличие от умеренных Асаньи и Негрина, на которых к тому же, если им антикоммунистическая вожжа под хвост попадала, КПИ было чем надавить. Причем донбасские националисты ничуть не менее фашисты, чем их бандеровские противники и, как показал референдум, весьма вольно обращаются с буржуазно-демократической формалистикой, чтобы надеяться на то, что они из уважения к «демократическим ценностям» не устроят расправу с коммунистами при усилении последними активности против ДНР/ЛНР.

В таких условиях безусловное подчинение коммунистов целям и задачам антифашистской борьбы с бандеровским фашизмом, независимо от того, кто с ним борется и по каким причинам, выльется в ОБСЛУЖИВАНИЕ РОССИЙСКИХ БУРЖУАЗНЫХ НАЦИОНАЛИСТОВ. Политика «Боротьбы» это и показывает: не коммунисты используют буржуазных антифашистов для революционных целей, а буржуазные антифашисты используют «Боротьбу» в своих целях, которые далее вхождения в РФ не идут.

Не умея анализировать историческую информацию КОНКРЕТНО, не владея диалектическим методом украинские левые берут понятия «фашизм», «антифашизм», «широкий антифашистский фронт» статически, в отрыве от конкретных и изменяющихся условий, они полностью игнорируют ИЗМЕНЧИВЫЙ характер общественных условий, вне которых эти понятия не существуют вообще, и в зависимости от которых они имеют несут различный смысл.

Незнание диалектики не позволяет им не только выделить в каждом исторически конкретном случае ведущую сторону противоположности между буржуазным антифашизмом как борьбой за консервацию существующих условий и коммунистическим антифашизмом как борьбой за уничтожение капитализма, но и вообще увидеть эту противоположность. А между тем вполне очевидно – если ведущей, т.е. побеждающей стороной противоположности в испанских условиях был коммунистический антифашизм, и союз буржуазных республиканцев и коммунистов был прогрессивен, то в Донбассе, наоборот, антифашистский союз будет носить ярко выраженный реакционный характер.

Любой, кто хоть что-то смыслит в диалектике, может сообразить, какой глупостью для человека с диалектическим мышлением является само понятие «категорический императив». Ибо нет ничего вечного и раз и навсегда установленного.

Потому подлинно научной, коммунистической политикой будет разъяснение пролетарию этой диалектики антифашизма, научное разъяснение характера фашизма как ОДНОЙ ИЗ ФОРМ РЕАЛИЗАЦИИ ТОВАРНО-ДЕНЕЖНЫХ ОТНОШЕНИЙ, разъяснение сути конфликта как конфликта двух одинаково враждебных пролетарию групп при воздержании нашего актива от непосредственного участия в боевых действиях с любой из сторон, если это не обусловлено предварительно преимуществами для коммунистов. В первую очередь интересы коммунизма должны стоять выше любой и всякой буржуазной демократии.

Я, как все марксисты не по названию, допускаю, что в ходе войны буржуазных кланов на Востоке Украины общественная ситуация может измениться, и там могут создаться условия, благоприятные для участия коммунистов в процессах самоопределения областей и регионов, благодаря некоторым, неизвестным на сегодняшний момент факторам. Эти факторы:

— появление на Востоке коммунистической организации с теоретически грамотным активом, который сможет приобрести авторитет у масс;

— ухудшение положения националистов в ДНР/ЛНР и военные поражения, которые заставят националистов искать союзников среди коммунистов и делать нам существенные уступки;

— активное вмешательство внешней силы, которая по каким-то причинам будет поддерживать коммунистов.

Но каждый, кто знает ситуацию в Донбассе, эти факторы на настоящий день должен считать фантастическими. А потому исходить из их гипотетической возможности – это авантюризм и безумие.

Борьба с фашизмом украинским для коммунистов в первую очередь заключается в разъяснении украинцам и русским коммунистической программы, а не в участии стычках на блокпостах вокруг Славянска и не в фехтовании на арматурах по улицам Киева и Одессы. Уйти в подполье при необходимости, сохранить кадры, вести пропаганду – вот наша задача. Сохранить и приумножить кадры, пользуясь временной политизацией украинского пролетариата, а не защитить своими тушками территорию буржуазных анклавов. Кадры решат все, когда буржуа Запада и Востока разберутся между собой без нас.

(1) http://borotba.org/kategoricheskij_imperativ_dlya_antifashistov.html

А.Лбов