О выполнении пятилетнего плана промышленности — доклад т.Куйбышева

ЗАСЕДАНИЕ ДВАДЦАТЬ ПЕРВОЕ

(7 июля 1930 г., вечернее.)


Чубарь (председательствующий). Товарищи, вечернее заседание объявляется открытым. Слово для докла­да о выполнении пятилетнего плана про­мышленности, имеет т. Куйбышев. (Аплодисменты.)

От XV к XVI съезду.

Товарищи, XV партийный съезд соби­рался в тот исторический год, когда наша социалистическая промышленность, завер­шив в основном свой восстановительный период, вступила на путь широкой ре­конструкции.

XVI партийный съезд собрался в год вели ого перелома в развитии нашей революции и является свидетелем вели­чайших достижений в работе социалисти­ческой промышленности.

Шесть лет отделяли XV партийный съезд от X партийного съезда, объявив­шего переход к новой экономической по­литике, и шесть лет потребовалось нашей социалистической промышленности для то­го, чтобы выйти из разрухи и достигнуть довоенных  размеров производства.

Только 21/2 года отделяют XVI партий­ный съезд от XV, и этого короткого срока было достаточно для нашей социалистиче­ской промышленности, чтобы достигну­тый на XV съезде довоенный уровень производства удвоить. И всего только 1 год, следующий 1930/31 г., обещает нам такое ускорение темпов промышлен­ного развития, в результате которого довоенные размеры промышленного произ­водства утроятся.

Вот ряд цифр, которые вызывают взры­вы бешеной ненависти к нам со стороны врагов и чувства восторга со стороны всех наших друзей: шесть лет — чтобы до­стигнуть довоенных размеров, два с поло­виной года — чтобы их удвоить и один год — чтобы с этих размеров производ­ства перейти уже на утроенный дово­енный уровень. (Аплодисменты.) То, чего царская промышленность достига­ла в результате ряда десятилетий, страна пролетарской диктатуры, благодаря осо­бенностям нашего строя и активному уча­стию в промышленном строительстве мил­лионов рабочих, в состоянии будет до­стигнуть в один год.

Но историческое значение в развитии промышленности  текущего  года заключается не только в этом. Текущий хозяйственный год, будучи вторым годом пяти­летнего плана, является годом проверки этого плана, проверки его реальности, возможности его не только выполнения, но и перевыполнения.

Вспомним, как был встречен этот пяти­летний план не только со стороны бур­жуазных экономистов, но и правоуклонистских  элементов   нашей партии.

Председатель «русского» комитета гep-оманского хозяйства Кремер в своей речи о пятилетке говорил:

«Если  бы  пятилетний план можно было выполнить в 50 лет, то и тогда это было бы грандиозно. Однако это утопия». (Смех.)

Не в столь откровенной форме, но по содержанию, мало отличающемуся от это­го выступления Кремера, критиковали пятилетку и кое-какие наши специалисты.

«Цифры ВСНХ, — говорил профес­сор Боголепов, недостаточно понимаю­щий особенности и возможности, которые заложены в нашем строе, — стоят за гранью возможного для этого пяти­летия».

А другой специалист, профессор Калин­ников, сказал  еще  более определенно:

«Я полагаю, — говорил он, — что в Госплане его (пятилетний план ВСНХ) оценят вероятно на 8, если не на все 10 лет».

То есть, тот план, который мы предпо­лагали выполнить в 5 лет, по мнению Калинникова мы могли выполнить только в 8—10 лет.

При полном единодушии в признании утопичными наших проектировок пяти­летнего плана, отличие этих экономистов по сравнению с зарубежными выражается только в том, что там вероятность его осуществления оценили в 50 лет, а здесь — в 10 лет.

Совершенно очевидно, что результатом этого неверия в возможность осуществле­ния пятилетнего плана является и предло­жение бывших вождей правой оппозиции заменить пятилетку индустриализации двухлеткой аграризации нашей страны.

Теперь прошел достаточный срок для того, чтобы подвести некоторые итоги и результаты действия пятилетнего плана.

Что мы имеем, чего мы достигли за эти первые   два   года пятилетки?

В области промышленной продукции пятилетний план исходил из того, что в 1928/29 году рост этой продукции соста­вит 21,4%, на самом деле мы имеем 23,7%, в 1929/30 г. — 21,5%, мы же будем иметь 32%, в 1930/31 г. пятилетка предполагала 22%, теперь запроектирован рост в 47%, а по всей вероятности этот рост будет еще больше.

Таким образом за первые 3 года пяти­летки рост промышленной продукции со­ставит 250% против 180,1%, предпола­гавшихся пятилетним планом, иначе го­воря, мы будем иметь в 2 1/2 раза продукции больше, чем в 1927/28 г., а не в 1,8 раза, как это предполагалось пятилеткой.

По ряду важнейших отраслей промыш­ленности, как докладывал т. Сталин, пяти­летний план будет выполнен в 3 года, а в некоторых отраслях даже в меньший срок.

В области вложений в основной капитал промышленности пятилетний план исхо­дил из объема работ в 1 650 млн. руб. в 1927/28 г., 2 331 млн. — в 1928/29 г. и 2 879 млн. — в 1929/30 г., на самом деле мы имеем в 1928/29 г. ту же цифру, в 1929/30 г. — 3 960 млн., а в 1930/31 г. будем иметь 5 500 млн., — иначе говоря за эти первые 3 года действия пятилетки капитальное строительство в промышлен­ности составит 11 087 млн. руб. против 6 860 млн. руб., которые предполагал пятилетний план. Пятилетка предполагала за 5 лет вложить в промышленность 13,5 млрд. руб., а мы уже за 3 года вложим 11 млрд. руб.

Кто же теперь, если он не совершенно безнадежный человек, позволит себе утвер­ждать, что наш пятилетний план утопичен, не реален. Разве не вынуждены были расписаться в убожестве своей критики пятилетнего плана вожди правой оппози­ции. Их убили факты.

И не случайно насмешки капиталисти­ческой печати над «большевистскими фан­тазиями» сменились тревогой и недву­смысленными угрозами, какими угодно средствами, хотя бы и путем военного нападения, сорвать выполнение пятилет­него плана.

Вот что пишет наш старый знакомый Лесли Уркварт  в  одном американскому журнале:

«Мы все убеждены, что если Советское правительство справится с пятилетним планом восстановления промышленности, то это даст в его руки такую силу, которая разрушит или во всяком случае нанесет самый тяжелый удар всей нашей цивилизации».

Нам нечем утешить господина Уркварта. Советское государство весьма успешно справляется с пятилетним планом, и он может быть уверен, что его цивилизация, урквартовская цивилизация, цивилизация капитализма, цивилизация эксплоатации и грабежа будет действительно разрушена социализмом, который так успешно стро­ится в нашей стране. Победа пятилетки — смерть капитализму.

Германская газета «Кельнише Цейтунг», близкая к правительственным кругам, восклицает: «Если пятилетний план удаст­ся, то горе Европе!»

Крупный германский финансист Соль-мен в публичном выступлении заявил:

«Наступление большевизма раньше или позже принудит европейские госу­дарства образовать единый фронт и вло­жит им в руки меч».

Тут уже нет никаких недомолвок. Топ французской, польской, германской и про­чей печати становится все более откро­венным.

Промышленник Клезатель в «Дейче Бергверк Цейтунг» критикует капитали­стов и рекомендует дать отпор крепну­щему большевизму. Он рекомендует орга­низовать строжайшую блокаду СССР, пока там не восстановится порядок и, конечно, частная собственность.

В американской газете «Нью-Йорк Тайме» от 17 февраля Дюранти останавли­вается на причинах роста агрессивности против СССР и констатирует, что причина этому одна — индустриализация СССР.

И дальше тот же Дюранти пишет:

«Европа в целом еще не уразумела, что может означать экономически и поли­тически конкуренция со стороны Совет­ского Союза, но лидеры Европы начина­ют понимать это».

Они   конечно   начинают   понимать и даже откровенно  выбалтывают причины своей ненависти к Советскому Союзу.

Вот например Арнольд Рейхберг в ор­гане германской горной промышленности разразился исключительной по своей наг­лости и развязности статьей против Совет­ского Союза, осуществляющего свой пяти­летний план и обрекающего якобы тем самым на вымирание 60 млн. человек избы­точного населения Европы.

Арнольд Рейхберг выступает, изволите видеть, защитником этих вымирающих миллионов. Само собой разумеется, что никакого другого средства защиты этих миллионов он не выдумал, кроме как объ­явления войны Советскому Союзу.

Но одна из германских газет разобла­чила подлинные причины этой ненависти Арнольда Рейхберга к Советскому Союзу. Германская газета «Вельт ам Абенд» раскрывает действительную причину этого антисоветского выступления:

«Мы намерены, — пишет газета, -раскрыть секрет упорных домогательств Рейхберга. Владельцы калиевых заводов Германии и французского Эльзаса являются мировыми монополистами калия. В последние годы однако у них по­явился конкурент в лице СССР… Соли­камские — калиевые залежи больше гер­манских и французских вместе взятых. С открытием Соликамского калия нача­лись антисоветские выступления Ар­нольда Рейхберга. Монополия концерна Рейхберга под угрозой, и поэтому нужно, скорее объявить крестовый поход про­тив СССР».

Итак, никакой поэзии. Вся воинствен­ность этого капиталиста объясняется очень просто и прозаически: Рейхберг боится за свой карман. Но он конечно не проста­чок, он понимает, что нельзя мобилизовать массы против Советского Союза, аргумен­тируя интересами своей почтенной фирмы и своих почтенных акционеров. Поэтому в союзе с папой и господами социалистами он призывает к крестовому походу против Советского Союза во имя спасения «циви­лизации», во имя спасения от голодной смерти тех обреченных капитализмом на голод миллионов, которые составляют по­стоянную армию безработных — выраже­ние и отражение противоречий капита­листического строя. По мнению этого капиталиста оказывается: вина за бедствия этих миллионов людей лежит на Совет­ском Союзе, который успешно строит со­циалистический строй, который успешно развивает свое хозяйство.

Да, раз мы имеем перед собой такой оголтелый вой вождей международного капитала, то мы можем сказать, что пяти­летка — неоспоримый факт. Потому что если враг тревожится, беснуется, то это значит, что он почувствовал развитие та­кой враждебной ему силы, которая ставит на карту самое существование капитали­стического строя.

Неслыханно быстрыми темпами осуще­ствляется лозунг «догнать и перегнать» передовые капиталистические страну. Здесь надо искать корни растущей нена­висти к нам капиталистов, здесь нужно искать причины военной подготовки про­тив нас, попытки удушить Страну советов блокадой. Совершенно очевидно, что здесь же надо искать и причины возрастающей симпатии к нам со стороны мирового про­летариата и всех угнетенных и эксплуатируемых. И в этом лучшая гарантия того, что мы победим в борьбе за пятилетний план и что победа социализма, победа ми­ровой революции будет обеспечена.

Пути реконструкции.

Нет сомнений, пятилетний план был достоин того, чтобы вызвать звериную ненависть капиталистов, потому что это был план великих работ по социалистиче­скому переустройству всего народного хозяйства. И нет сомнений, огромны труд­ности его осуществления. Великие задачи социалистического переустройства народ­ного хозяйства, обеспечение хозяйствен­ной независимости нашего Союза, укрепле­ние его обороноспособности требовали ра­дикальной реконструкции технической ба­зы всего народного хозяйства и прежде всего конечно промышленности.

Что означал процесс социалистической реконструкции промышленности?

Он означал, во-первых, проведение ши­рокого плана промышленного строитель­ства, ибо при низком уровне промышлен­ного развития не может быть социализма; во-вторых, — проведение широкого плана электрификации, ибо только на этой базе может быть обеспечен необходимый уро­вень промышленного и народнохозяй­ственного развития; в-третьих, — обеспе­чение преимущественного развития тя­желой индустрии, этой основы социализма; в-четвертых, — форсированное развитие собственного машиностроения, поскольку только на базе собственного машинострое­ния могут быть обеспечены необходимые темпы индустриального развития всех отраслей народного хозяйства и освобожде­ние нашей страны от капиталистической зависимости; в-пятых, — форсированное развитие новых производств и новых от­раслей промышленности; в-шестых, — развитие научно-исследовательской и гео­лого-разведывательной работы; в-седь­мых, — наиболее рациональное географи­ческое размещение промышленности и, в-восьмых, — развертывание борьбы за скрытые резервы, борьбы с потерями в промышленности, рационализация про­мышленности.

Предпосылками успешной социалисти­ческой реконструкции являлись ленин­ское руководство партий делом социали­стического строительства, огромный подъ­ем самодеятельности и политической актив­ности широких рабочих масс, выковка пролетарских кадров промышленности и внедрение в нашу промышленность послед­него слова иностранной техники.

Как же разрешался и шел этот процесс социалистической реконструкции промыш­ленности?

Строительная программа.

Прежде всего, каков ход выполнения строительной программы, которую пред­приняла партия, утверждая пятилетний план?

Вся программа капитального строитель­ства промышленности определялась пяти­летним планом в 18,6 млрд. рублей в неиз­менных ценах, или 13,5 млрд. рублей в це­нах соответствующих лет с учетом сни­жения себестоимости, из которых 78,8% приходилось на долю тяжелой индустрии.

Такой план капитальных работ предпо­лагал значительное изменение размеров и структуры основного капитала промыш­ленности. Удельный вес группы «А», т. е. тяжелой индустрии, в основном капитале промышленности должен был увеличиться до 75% к концу пятилетки (против 57% на 1 октября 1928 г.), а в абсолютных циф­рах основной капитал тяжелой индустрии должен вырасти в 372 раза. Свыше 30% всей продукции должно было быть полу­чено с новых заводов, построенных в соот­ветствии с последними достижениями ми­ровой техники. Вот общие черты этого плана. Они дают уже достаточное предста­вление о масштабах, запроектированных в плане промышленного строительства: 13,5 млрд. рублей вложений, из них 78% в тяжелую индустрию, увеличение в абсо­лютных размерах основного капитала тя­желой индустрии в 3 1/2 раза. Не подлежит сомнению, что это — план больших работ, план великих работ и что осуществление его сопряжено с очень и очень большими трудностями.

Но как же он выполнялся? В 1928/29 г. размер вложений примерно соответ­ствует предположениям пятилетки, в 1929/30 г. они уже значительно больше — вместо 2 331 млн. 3 960 млн. рублей, на 1930/31 г. вместо 2 879 млн. по пятилетке предполагается вложить 5 500 млн., всего за три года 11 млрд. рублей против 6,8 млрд. Но не только это важно. Важно отметить и направление этих вложений в нашу промышленность. По тяжелой ин­дустрии мы имели за истекшие годы и бу­дем иметь в будущем году значительное превышение наметок пятилетнего плана. По легкой индустрии мы идем приблизи­тельно в рамках выполнения пятилетнего плана, причем на 1930/31 г. намечается даже цифра несколько меньшая, чем в пя­тилетнем плане. В целом пятилетний план капитального строительства будет выпол­нен не в 5, а в 3 1/2 — 4 года, а по группе «А» даже в три года, потому что за эти три года мы вложим в тяжелую индустрию 9,7 млрд., тогда как пятилетним планом за все пятилетие предполагалось вложить 10 млрд.

Основные фонды промышленности, я го­ворю о действующих основных фондах, растут таким образом: на 1 октября 1928 г. 6,75 млрд., на 1 октября 1930 г. до 10 млрд. руб. и в будущем году на 1 октября 1931 г. мы будем уже иметь примерно 13 — 14 млрд. руб.

Таким  образом основной  капитал за три года удвоится. Где вы видели такую страну, чтобы основной капитал промыш­ленности удваивался в продолжение трех лет? При этом удельный вес группы «А» — тяжелой индустрии — в основных фондах возрастет за этот же период с 57,5% до 72, 8%, т. е. будет приблизительно то, что предполагалось пятилетним планом к кон­цу пятилетия. Я не имею возможности подробно перечислять все объекты капитального строи­тельства, заключающиеся в этом плане и которые должны реализоваться на протя­жении этого отрезка времени. Придется остановиться на наиболее важных. Прежде всего мне хотелось бы отметить, что уже теперь мы имеем ряд крупнейших пред­приятий, которые по своему техническому уровню начинают конкурировать с лучши­ми образцами западно-европейской и аме­риканской промышленности. Сюда отно­сятся такие предприятия, как Сталинград­ский тракторный завод, пущенный во вре­мя съезда, литейная и кузница «Красного путиловца», которые не уступают хорошим американским образцам, Ростовский завод с.-х. машиностроения, который превосхо­дит все то, что до сих пор было в области сельскохозяйственного    машиностроения, новая   «Электросила» — корпус мощных генераторов, который еще не совсем закон­чен, Электрозавод в Москве, Мариуполь­ский новотрубный завод, который по своей производительности превосходит все со­ответствующие  предприятия, Балахнинская бумажная фабрика, заводы по пере­работке нефти в Баку и в Грозном, лесо­пильный завод в Архангельске, Дубров­ский лесопильный завод, целый ряд элек­тростанций  вроде   «Красного октября», Нижгрэса, Шатуры и т. д.

Весьма важной чертой выполнения строительной программы является тот факт, что в то время как в 1927/28 г. всту­пило в эксплуатацию 59 объектов нового строительства    общей стоимостью в 156 млн. рублей, в текущем году вступит в эксплуатацию уже 221 объект общей стоимостью в 839,6 млн. руб.

Еще одна цифра, которая характеризует масштабы предпринятого строительства. Общая стоимость всех предприятий, кото­рые сейчас находятся в стройке, опреде­ляется суммой в 12 млрд. руб., тогда как весь основной капитал нашей промышлен­ности на 1 октября 1930 г. составит до 10 млрд. руб. И это понятно, так как в стройке находятся такие гиганты, как Магнитогорский завод, Кузнецкий завод, Днепрокомбинат, Челябинский и Харь­ковский тракторные заводы, Нижегород­ский автомобильный завод, станкострои­тельные заводы в Москве, в Нижнем и в Харькове, завод шарикоподшипников в Москве, химические комбинаты в Бе­резняках и Бобриках, комбайные заводы в Сибири и Саратове, проходятся мощные шахты в Донбассе, Сибири и на Урале, строятся мощные электростанции. Все это достигает таких огромных размеров, что общая стоимость этих строительств дости­гает 12 млрд. руб.

Характерной чертой последних двух лет нашего строительства является боль­шой размах нового строительства. План капитальных работ 1929/30 г. в значитель­ной мере уже предопределяет план работ 1930/31 г. как года форсированного окон­чания уже начатых стройкой объектов.

Вот ряд цифр, которые показывают удельный вес нового строительства в пла­не 1929/30 г. по сравнению с предыдущими годами: в 1926/27 г. новое строительство занимало 14,4% всей суммы капитальных работ, в 1927/28 г. — 21,8%, в 1928/29 г.— 29,6% и по плану 1929/30 г. — 37,8%, т. е. больше трети средств, ассигнованных на капитальное строительство, идет теперь на новое строительство.

Как следствие этих неуклонно растущих капиталовложений, из года в год увеличи­валась «капитало»вооруженность рабо­чего. С 1926/27 г. по 1929/30 г. капиталово­оруженность рабочих возросла с 4 200 руб. на 1 рабочего до 5 850 руб., или на 39%, тем самым обеспечив значительно большую производительность труда.

Энергетика.

Специфические условия переживаемого момента, начало периода огромного нового промышленного строительства с особой остротой выделяют отдельные звенья ра­боты промышленности в качестве боевых, первоочередных, главнейших. Сюда пре­жде всего относится энергетическая база. Вы знаете, как Владимир Ильич оценивал значение энергетики, особенно электрифи­кации.

На III съезде комсомола Владимир Ильич говорил:

«Мы знаем, что коммунистическое об­щество нельзя построить, если не воз­родить промышленности и земледелия, причем надо возродить их не по-старому. Надо возродить их на современной, по последнему слову техники построенной основе. Вы знаете, что этой основой является электричество, что только когда произойдет электрификация всей страны, всех отраслей промышленности и земле­делия, когда вы эту задачу освоите, только тогда вы для себя сможете по­строить то коммунистическое общество, которого не сможет построить старое поколение». (Том XVII, cтр. 319).

Оценка Лениным плана Гоэлро как единственно реального хозяйственного плана показывает, что стержнем хозяй­ственного плана он признавал энергетику, в частности — электричество.

Тенденции современной техники цели­ком подтверждают правильность этой ле­нинской установки. Движение, техники идет в направлении колоссального роста энергоемких производств. Автоматизация производственных процессов, которая не­возможна без электричества, выдвигает энергетику на первое место. И это «первое место» оказывается постоянно «больным местом» в. нашем хозяйстве. Мы сейчас испытываем большие затруднения в обла­сти энергетики. Через разные вариации топливных затруднений, мы сейчас по существу подошли к электроголоду в ряде районов. Это можно сказать и о Донбассе, и о Ленинграде, и о Москве, и о Нижего­родском крае, и об Урале, и т. д. Таким образом вопрос об энергетике почти для всех промышленных районов нашего Союза становится животрепещущим вопросом те­кущей повседневной практики и, само со­бою разумеется, одним из решающих во­просов всего социалистического строи­тельства.

Повышение производительности труда -одна из центральных задач всей нашей хо­зяйственной политики. Но уровень про­изводительности труда в значительной мере является функцией роста энерговооружен­ности рабочих. И вот, если сравнить уро­вень энерговооруженности нашего и аме­риканского рабочего, то получается кар­тина не особенно отрадная. В 1925/26 г. против 7 300 клв/ч потребляемой энергии на одного рабочего в САСШ мы имели всего 2 300 клв/ч, т. е. в три раза меньше. В 1927/28 г. против 8 800 клв/ч на одного рабочего в Америке мы имели 3 200. За последнее время в связи с ростом электри­фикации несколько меняется и растет уро­вень энерговооруженности нашего рабо­чего. В 1928/29 г. ориентировочно мы име­ли 3 700 клв/ч на одного рабочего, в 1929/30 г. сугубо ориентировочно — 4 400 и по подсчетам Госплана, как это было заявлено на происходящей сейчас между­народной энергетической конференции, в 1930/31 г. мы должны будем иметь/ 5 250 клв/ч энерговооруженности на од­ного рабочего. Значит, в будущем году, несмотря на наши масштабы строительства и несмотря на большие вложения в дело электрификации, мы еще далеко не дого­ним Америку по количеству электроэнер­гии на одного рабочего. И совершенно очевидно, что здесь мы должны задаться целью во что бы то ни стало в ближайшие годы догнать и перегнать и Европу и Аме­рику. Мы, строящие новую социалистиче­скую промышленность, создающие по су­ществу новые отрасли производства, новые промышленные районы, мы, конечно, можем задаться задачей, чтобы во всех этих новых районах и при создании новых отраслей, промышленности, таким образом планировать и развивать нашу энергетику, чтобы в конце концов достигнуть, и прев­зойти западно-европейские и североамериканские нормы потребления электро­энергии на одного рабочего. Совершенно очевидно, если мы достигнем этого уровня энерговооруженности, то тогда будут воз­можны еще большие темпы нашего разви­тия, чем те, которые взяты нами теперь, ибо тогда производительность труда бла­годаря этому возрастанию энерговоору­женности будет увеличиваться еще более значительно, чем до сих пор. Производи­тельность труда — это в последнем счете самое важное, как говорил Владимир Ильич. Поэтому, исходя из необходимости повышения производительности труда и имея в виду, что энерговооруженность является важнейшим фактором этой про­изводительности мы должны значительно большим темпом идти в области энерго­строительства и значит более быстро созда­вать энерготехническую базу для нашей промышленности.

Как у нас идет дело с выполнением плана Гоэлро — плана электрификации страны? План Гоэлро нами выполняется, и не в 15 лет, а в 10 лет будут получены те итоги, которые в плане Гоэлро предвиделись через 10-15 лет. Ведь расчет на 10 лет брался лишь на случай особо благоприят­ных обстоятельств развития нашей страны. Тут имелись в виду и займы, и концессии, и т. д. Энергией рабочего класса нам уда­лось при очень неблагоприятных усло­виях, при отсутствии каких бы то ни было кредитов, добиться собственными усили­ями выполнения плана Гоэлро в 10 лет, и в 1931 г. план Гоэлро во всем его мате­риальном выражении в области электри­фикации будет выполнен.

Но надо сказать, что план Гоэлро пред­видел не такой темп развития промышлен­ности и народного хозяйства в целом, ка­кой у нас есть. Поэтому относительно к развитию народного хозяйства мы еще не получаем того, что предполагалось пла­ном Гоэлро. Мы выполняем его материаль­ную часть в области строительства элек­трических станций, подачи энергии, но то соотношение, которое было намечено между электроэнергией и промышленно­стью, не соблюдается. Поэтому на этот участок нам надо нажать. Те трудности, которые имеются у нас сейчас в области снабжения электроэнергией наших пред­приятий, являются выражением этого от­ставания, этого несоответствия между ро­стом промышленности, с одной стороны и состоянием электроэнергетической ба­зы — с другой.

У нас недостаточно поставлено дело изучения естественных энергетических ре­сурсов, в том числе топливных запасов, запасов водной энергии, и очень неблаго­получным является участок использования местных видов топлива. Весьма медленно, движемся мы в области использования подмосковного угля, торфа и особенно сланца — этого минерала, который явля­ется не только топливом, но и богатейшим сырьем для химической промышленности.

Поэтому совершенно естественно, что надо на эти слабые участки нажать.

Тов. Сталин был прав, когда, говоря о планировании, он ставил вопрос таким образом, что для нас план не может быть вечным, постоянным, нерушимым ни при каких условиях, ни при каких обстоятель­ствах и что, наоборот, мы должны по­стоянно в ходе выполнения плана его корректировать. И вот первый корректив, который мы должны во что бы то ни стало сделать, это корректив в части увеличения производства электроэнергии, в части энер­гетики вообще.

ЦК партии в соответствии с этим взял определенную установку на форсирование развития энергетической базы, и прави­тельство по директиве ЦК из года в год увеличивает ассигнования на электро­строительство. В 1928/29 г., если брать все районные и фабрично-заводские станции по ценам 1926/27 г., мы вложили 320 млн. руб., в 1929/30 г. вложения эти должны составить уже 640 млн. руб. И наконец в будущем 1930/31 г. предполагаются вложения в размере 1 180 млн. руб., т. е. мы имеем почти удвоение вложений на 1930/31 г. в сравнении с текущим годом и удвоение в текущем году в сравнении с прошлым годом.

В соответствии с этими вложениями поднимается и производство электроэнер­гии. Если мы в 1928/29 г. имели 6 млрд. квт, то в текущем году мы вырабатываем 8 млрд. квт, а на будущий год рассчиты­ваем получить 13 млрд. квт. Сейчас раз­рабатываются контрольные цифры на будущий 1930/31 г. Я думаю, что при выработке этой программы хозяйственного строительства на 1930/31 г. всем органам, соприкасающимся с планированием — и ВСНХ, и Госплану, и местным областным органам, — нужно особенно тщательно прощупать вот эту проектировку на вло­жения в области электростроительства, — достаточно ли этих вложений для того, чтобы обеспечить рост промышленного производства в тех темпах, которые за­проектированы в будущем и в последующие годы. Эта часть плана становится важ­нейшей, на нее нужно обратить сугубое .внимание.

Для того чтобы форсированно разви­вать нашу энергетическую базу, в особен­ности электрификацию, нам нужно во что бы то ни стало построить свою электро­техническую промышленность. Только, на базе своей электротехнической промыш­ленности мы можем взять большие темпы, потому что иначе мы упираемся в вопросы импорта. А вы превосходно знаете, что вопросы импорта являются лимитом, сдер­живающим темпы нашего развития. По­этому электротехническая промышлен­ность и турбостроение должны макси­мально развиваться.

Посмотрим, что же происходит с электро­технической промышленностью. Валовая продукция электротехнической промышленности, которая раньше всех других отраслей промышленности превысила до несопоставимости довоенный уровень, в 1928/29 г. дала продукции на 272,1 млн. руб., в текущем году дает скачок до 503 млн. руб., т.е. почти удвоение, и вновь более, чем удвоится в. 1930/31 г. когда она составит 1 084,8 млн. руб. О до­военном уровне тут, конечно, уже нечего и говорить, он остался где-то далеко внизу, он превзойден был уже давно. Но эти три года — 1928/29, 1929/30 и 1930/31 -являются годами особенно бурного раз­вития электротехнической промышлен­ности. Мы имеем возможность удваивать продукцию электротехнической промыш­ленности из года в год. В будущем году она превысит миллиард рублей.

В области турбостроения в довоенное время мы имели ничтожную цифру про­дукции, измерявшуюся 5,9 тыс. квт. В 1926/27 г. мы превзошли довоенный уро­вень, стали производить 34 тыс. квт, в 1929/30 г. должны произвести уже 200 тыс., а в 1930/31 г. программа наме­чает выпуск турбин общей мощностью в 660 тыс. квт, т.е. в 3 1/2 раза больше, чем в текущем году.

Я бы не сказал, что успехи электротех­нической промышленности и турбострое­ния объясняются большими капиталовло­жениями. Конечно, это играло свою роль. Мы построили специальный турбинный корпус при металлическом заводе им. Ста­лина в Ленинграде. Успехи будущего года в значительной степени определяются тем, что построена новая «Электросила» в Ленинграде. Но не только это дает воз­можность иметь такие масштабы развития электрoпромышленности.

Тов. Орджоникидзе здесь уже выступал и рассказывал вам, какими возможностя­ми располагают наши заводы, иной раз при минимальных вложениях, а иногда и без вложений. Еще много резервов имеет и наша электротехническая и машиностро­ительная промышленность вообще. Об этом я буду говорить подробно дальше. Сейчас я хочу только подчеркнуть, что те высоты, которых достигла электропромышленность и турбопромышленностъ, являются далеко еще не предельными, и нужно постараться во что бы то ни стало при том голоде, ко­торый имеется в области машиностроения и электрификации, намеченную программу перевыполнить.

Топливная промышленность, предста­вляющая базу энергетики, развивается довольно высокими темпами. Добыча ка­менного угля, составлявшая 35,4 млн. т, в 1927/28 г., в будущем 1930/31 г. даст 72—73 млн. т при задании на конец пяти­летки 75 млн. т, т.е. в будущем 1930/31 г. мы почти осуществим пятилетку. В этом году мы должны выполнить план в 52,5 млн. т.

Темпы, как видите, далеко не малые; но и здесь, несмотря на то, что пятилетка почти выполняется в 3 года, надо искать всяких возможностей увеличения этих тем­пов добычи, возможностей дополнитель­ного роста.

В нефтяной промышленности благодаря соответствующим капиталовложениям мы уже в текущем году добыли 17,2 млн, ш, а в 1930/31 г. добычу доведем до 23 млн. т. Как вы помните, пятилетний план, утвер­жденный съездом советов, предполагал в 1932/33 г. добыть нефти 22 млн. т. Мы превзойдем эту наметку уже в будущем году.

По торфу в 1927/28 г. мы имели добычу в 6,9 млн. т. В 1929/30 г. мы имеем уже значительный рост программы, а именно 16 млн. т. Будет ли программа по торфу выполнена, это дело тех боев, которые сейчас происходят за эту крайне драго­ценную для целого ряда районов продук­цию. Но во всяком случае в 1930/31 г. мы достигнем тех показателей, которые даны нам по пятилетнему плану (в пятилетнем плане на 1932/33 г. стояла как раз цифра в 16 млн. т, взятая нами ныне для 1929/30 г.).

На будущий год по всем видам топлива и электрификации мы имеем очень большие задания. Но надо учесть еще одно обстоятельство, которое может заставить нас все эти проектировки еще больше повы­сить. Я имею в виду решение ЦК партии, которое сыграет величайшую историческую роль как для нашей промышленности, так и для всего народного хозяйства, а именно решение об увеличении производства чу­гуна к концу пятилетки до 17 млн. т. Это решение ЦК состоялось недавно, и мы не успели еще проработать вопрос о тем, какие последствия повлечет за собой это увеличение производства чугуна. Однако легко понять, что это увеличение произ­водства чугуна неизбежно должно ото­зваться почти на всех отраслях промышленности, больше того на всем народном хозяйстве. Поэтому в связи с необходи­мостью этого увеличенного производства чугуна,  очевидно,  надо  будет  еще раз пересмотреть программу в области электри­фикации, угля и т. д., намеченную на бу­дущий 1930/31 г.

Тяжелая и легкая индустрия.

Очень важным вопросом в деле социа­листической реконструкции и технической переделки всего нашего народного хозяй­ства является вопрос о соотношении между тяжелой и легкой промышленностью. Од­ним из важнейших показателей развития той или иной страны всегда является та ступень, на которой промышленность сто­ит, с одной стороны, в области топлива -угля, нефти, с другой стороны — в обла­сти металла — чугуна, стали, проката. Соотношение между тяжелой и легкой про­мышленностью также характеризует сте­пень индустриального развития той или иной страны.

Что происходило у нас за последнее время? Из года в год тяжелая индустрия повышала свой удельный вес в валовой продукции всей промышленности, а также и в основных фондах промышленности, и этим самым мы закладывали прочный фун­дамент для переделки всей нашей страны на новых технических более высоких осно­вах. Соотношение между продукцией груп­пы «А» и группы «Б» по годам следующее: валовая  продукция  тяжелой индустрии в 1927/28 г. составляла 43%, в следующем 1928/29 г. —  46,8%, в 1929/30 г. — 48%, и в будущем году мы предполагаем, что она достигнет 52%, т. е. станет уже прева­лирующей в нашей промышленности. Тя­желая  индустрия будет давать больше половины всей продукции и, тем самым, мы сможем в большей степени обеспечить основными

средствами производства дру­гие отрасли хозяйства и самой промыш­ленности.

То же самое мы наблюдаем с основным капиталом: удельный вес основного капитала группы «А» составлял в 1927/28 г. 57%, в 1928/29 г. — 60%, в текущем году — 66% ив будущем году думаем, что удельный вес основного капитала тяжелей промышленности достигнет 72%. Почти три четверти всего основного капитала промышленности будет падать на долю тяжелей индустрии.

Уже в будущем году мы будем иметь в целом по всей тяжелой индустрии выполнение пятилетнего плана. В самом деле, пятилетний план предполагал, что продукция тяжелей индустрии в послед­нем году пятилетки должна достигнуть 14,5 млрд. руб.; между тем, в будущем году мы уже достигнем 16,2 млрд. руб. Таким образом мы перевыполним пяти­летний план в области производства средств производства.

Несколько иное положение складывается с легкой индустрией. В области пятилет­него плана легкой индустрии мы идем теми темпами, которые намечены пятилеткой. В отдельных отраслях легкой промышленности дело обстоит по разному: в некоторых случаях темпы обгоняют задания пятилетнего плана, в других даже отстают.

Попробую охарактеризовать более под­робно тяжелую индустрию. Как я уже сказал, черная металлургия является наи­более важной отраслью тяжелой инду­стрии. Только 1929/30 г. является годом, когда мы решительно перешагнули до­военный уровень металлургии, и пере­шагнули его довольно значительно. В этом году мы должны произвести 5 500 тыс. т чугуна против 4 200 тыс. которые произво­дились в довоенное время.

По железной руде мы в этом году пре­высим довоенный размер, добыв 11,3 млн. т против 9,2 млн. т довоенного времени. В будущем году мы предполагаем довести добычу железной руды до 14,7 млн. т, т. е. оставить далеко позади довоенный предел.

Мы идем в области металлургии тем­пами, превышающими пятилетку, но тем не менее развертывание ряда металлоем­ких производств — общее машинострое­ние, с.-х. машиностроение, автотракторостроение, строительство, трансперт — ста­вит задачу дальнейшего форсирования производства черной металлургии. По­этому Центральный комитет партии был абсолютно прав, когда он поставил перед нами, перед всей страной, перед рабочим классом величайшую историческую за­дачу — добыть в 1932/33 г. 17 млн. т чугуна, т.е. превысить проектировку пя­тилетки на 70%.

Товарищи, я не знаю, помните ли вы время, когда В СНХ называлась цифра в 10 млн. из чугуна, когда она противопо­ставлялась цифре в 6, затем в 7 млн. т чугуна и по отправному варианту Гос­плана в 8 млн. т. Тогда выплавка 10 млн. т чугуна казалась невозможной вещью. Вы­плавка 10 млн. т чугуна тогда многим казалась совершенно недостижимым за­данием. И вот теперь это казавшееся недостижимым  задание увеличивается на 70%.

Буржуазные экономисты, издеваясь над нами и называя наши планы фантазией имели в виду прежде всего эту цифру -10 млн. т чугуна. Так вот эта «фантазия» увеличена на 7 млн. т. Этот увеличенный до 17 млн. т план вызовет еще большую ярость всего капиталистического мира. Добившись осуществления этой програм­мы, мы, товарищи, станем первой страной в Европе по производству чугуна. (Аплодисменты.)

Уровень последнего года пятилетки, т.е. 10 млн. т чугуна, будет достигнут уже в 1831/32 г.

Тут нужно обратить внимание на неиз­бежную   неравномерность   роста черной металлургии. 1930/31 г. и 1931/32 г. будут еще по преимуществу жить продукцией старых металлургических заводов, и только 1932/33 г. будет годом, когда в произ­водство войдут новые гиганты всей своей мощностью, годом, когда будут закончены строительством огромные реконструируемые заводы южной Украины и Урала. В 1932/33 г. должны войти в производство Магнитогорский  завод  на  2,6  млн. т, Запорожский завод на 1 млн. т, Кузнецкий завод на 1 млн. т, новый Mapиуполь­ский завод, который к концу пятилетки будет давать 600 тыс. т, и первая очередь Н. Тагильского завода — 300 тыс. т. В 1932/33 г. мы выплавим 17 млн. т чугуна. При этом интересно отметить, что только этими новыми заводами будет произведено больше того, что сейчас производит вся наша металлургия, все ее 39 работающих заводов.

Если взять вот эти три гиганта — Кузнецкий, Магнитогорский, и Запорожский, которые сейчас уже строятся, то они дадут 4 1/2 млн. т чугуна, т.е. 20% всей про­дукции металлургии. Это одно уже говорит о той важности, которую имеет строи­тельство именно этих заводов, и о том огромном общественном внимании, которое должно быть уделено строительству Магни­тогорского, Кузнецкого и Запорожского заводов.

Таким образом развитие черной метал­лургии характеризуется не только усилением темпов, не только масштабами нового строительства, но и степенью концентрации производства, сосредоточения его на немногих крупнейших заводах-гиган­тах. Крупнейший в мире завод Гери про­изводит приблизительно 3 млн. т. Мы будем производить на Магнитогорском за­воде 2 600 тыс. т. Магнитогорский завод будет вторым заводом по величине после этого американского завода Гери.

В области черных металлов программа выплавки установлена по пятилетке такая, что мы не только догоняем капиталистические страны, но и перегоняем многие из них, и к концу пятилетия мы будем второй страной после Америки.

Но, товарищи, хотя пятилетка и закла­дывает прочную металлургическую базу в нашем Союзе, все же надо сказать, что тут нужно принимать меры к ускорению темпов строительства, заглядывая за пре­делы пятилетки. Мы не можем замыкаться рамками пяти лет народно-хозяйственной

жизни; и за пределами пяти лет мы будем развиваться очень большими темпами. Ме­талл будет требоваться все в больших и больших размерах. Нам необходимо предвидеть дальнейшие судьбы развития нашей металлургий.

Какие заводы мы будем еще строить в эту пятилетку? Я уже говорил о том, что кроме всем известных трех заводов-гигантов в пределах этого пятилетия нач­нет работать Нижне-Тагильский завод. Кроме того, по решению Центрального ко­митета, мы в эту пятилетку на Урале нач­нем строить еще один металлургический завод — Бакальский, производительно­стью в 1 млн. т, который очевидно войдет в действие уже в 1933/34 г., но очень мо­жет быть, что обстановка заставит нас форсировать строительство этого завода и добиться того, чтобы уже некоторое коли­чество металла получить в пределах этой пятилетки и от этого завода.

Но и дальше, в 1933/34 г. и в следующие годы, рост   народного   хозяйства будет идти еще большими темпами, потребность в металле возрастет в огромных размерах. Как быть дальше? Очевидно, надо поду­мать заранее о  возможности постройки еще добавочных металлургических заводов, и потому Центральный комитет уже решил, что кроме указанных Уральских заводов  в  эту  пятилетку   начнется по­стройка   Липецкого   завода   (ЦЧО) на липецкой руде. Я должен сказать, что при проработке контрольных цифр 1931/32 г. очень может быть нам придется задуматься о возможности строительства еще других металлургических заводов. Претендентов на эти металлургические заводы имеется в избытке.  Кроме Урала, который, ко­нечно, имеет все преимущества для даль­нейшего развития металлургии, имеются претензии на создание металлургии в Ниж­не-Волжском крае, в Средне -Волжском крае, в Криворожье и т. д.

Мысль работников в области металлур­гии во всяком случае должна работать над этой темой. У геологических органов нет большей важности задачи, как твердо определить наши рудные залежи и наши топливные ресурсы, которые могут быть использованы для дальнейшего развития металлургии. Во всяком случае, эти во­просы должны подвергнуться изучению с тем, чтобы мы имели возможность в нуж­ное время приступить к тому или другому новому строительству в области метал­лургии.

Теперь я хочу остановиться па цветной металлургии, продукция которой имеет меньший удельный вес в продукции стра­ны, но тем не менее играет ответственную роль в промышленности вообще, в металлообрабатывающей промышленности и в военной промышленности в особенности.

Мы имеем в цветной металлургии неко­торое успехи. Так мы произведем цветных металле в 1930/31 г. в 2 1/2 раза больше по сравнению с 1927/28 г. За три года продукция увеличится в 2 1/2 раза, тогда как пятилетка предусматривала рост про­дукции на 83%. Но несмотря на эти большие темпы, все же цветная металлургия является нашим узким местом, и потому она должна привлечь к себе очень большое внимание со стороны всех организаций, со стороны всего рабочего класса.

В химической промышленности мы на­блюдаем некоторые тревожные моменты. Несмотря на то, что она растет довольно высокими темпами, мы имеем в области производств химических товаров и, в част­ности, в области производства искусствен­ных удобрений, что особенно важно, не­довыполнение пятилетнего плана. По су­перфосфату например план в прошлом году не был выполнен на 24%. В 1929/30 г. был принят план в размере, запроекти­рованном пятилеткой. Нужно добиться, чтобы он во что бы то ни стало был выпол­нен. В то время, когда по всем остальным отраслям промышленности план перевы­полняется, отрасли химической промыш­ленности, обслуживающие сельское хо­зяйство, несмотря на бурный рост коллек­тивизации, рост совхозов, требующих удо­брений, не только не перевыполняют пяти­летку, но и отстают от плана.

Это отставание развития химической промышленности серьезно, угрожает делу химизации страны, являющемуся одним из важнейших звеньев технической рекон­струкции нашего народного хозяйства и имеющему большое значение не только для сельского хозяйства, но и для обороны страны.

Правда, тут надо сказать, что пятилет­ний план в области химии, утвержденный V съездом советов, являлся наиболее напряженным. По основной химии пяти­летний план предусматривал увеличение химического производства в пять раз. Со­вершенно ясно, что тут дело идет не столь­ко о развитии промышленности, сколько о создании новой промышлен­ности. То, что предполагается пятилетним планом к 1932/33 г., это совершенно не походит на то, что было у нас в 1927/28 г. Это новая промышленность, в пять раз большая той, какая была в 1927/28 г. Но тем не менее, несмотря на напряжен­ность этого задания в области химии, — ни одно задание пятилетнего плана не является столь обязательным, как именно по химической промышленности, потому что это основа нашей обороны, потому что это важнейшая основа для мощного раз­вития нашего сельского хозяйства.

Экстенсивное развитие сельского хо­зяйства не может продолжаться беско­нечно. Совершенно естественно, что мы уже в ближайшие годы придем, а по неко­торым культурам уже теперь пришли к необходимости применения огромного количества удобрений. Земля начинает жаждать не только орудий, машин, трак­торов, земля начинает жаждать удобрений, которые должны быть даны в особенности для технических культур. Поэтому хими­ческая промышленность, особенно имея в виду ее реконструктивное значение, не только для сельского хозяйства, но и для промышленности, как таковой, должна развиваться во что бы то ни стало, как минимум теми темпами, которые предус­мотрены пятилетним планом.

В промышленности строительных мате­риалов мы имеем следующие темпы развития. По пятилетнему плану валовая продукция промышленности строительных материалов, включая лесную и дерево­обрабатывающую, должна была расти та­ким, образом: 1927/28 г. — 800 млн. руб., 1928/29 г. — свыше 1 млрд., в этом году — 1 463 млн. руб. и в будущем в 1930/31 г. -1 910 млн. руб. Итого за 3 года — 237%, т. е. 137% роста по сравнению с 1927/28 г.

Однако в области стройматериалов ока­зались нужными значительно большие темпы развития. Несмотря на то, что пяти­летний план по строительным материалам дал очень большие задания и несмотря на то, что в области строительных мате­риалов мы решительно перегоняем эту пятилетнюю наметку (валовая продукция промышленности строительных материалов составит в 1930/31 г. больше 4 млрд. ру­блей), мы все же должны тут нажать еще больше. Промышленность строительных материалов должна во что бы то ни стало достигнуть таких темпов развития, кото­рые соответствовали бы нашим строитель­ным планам. Вы все знаете о тех трудно­стях, которые создаются сейчас почти на всех строительствах в связи с недостатком строительных материалов.

Правда, тут большое значение имеет и неумение правильно распределить строи­тельные материалы и неумение их эконо­мить и стремление строить с очень большим запасом прочности. Все это приводит к определенному голоду, определенному не­достатку в строительных материалах, ко­торый конечно отнюдь не должен вести за собой какого-либо сокращения капи­тального строительства, а который должен вести за собой дополнительный нажим на промышленность стройматериалов как в этом году, так и в последующие годы.

Других отраслей тяжелой индустрии я коснусь в других разделах, теперь пе­рейду к рассмотрению легкой индустрии.

Среди общей картины перевыполнения пятилетки по промышленности в целом, динамика группы «Б», т. е. легкой инду­стрии, выглядит неблагоприятно. По це­лому ряду отраслей промышленности мы идем   ниже   пятилетки. Это, конечно, является прежде всего следствием сырье­вых затруднений. За два года пятилетки группа   «Б» дает   следующий   рост в 1928/29 г. на 19% и в 1929/30 г. на 21,9% (за 7 мес. текущего года — на 22,9%), т. е. мы идем, приблизительно, в размерах наметки пятилетки.  Некоторые отрасли легкой индустрии перегнали темпы пяти­летки, например, консервная, рыбная и швейная — промышленность,  но для раз­вития всей легкой промышленности в це­лом характерен уровень заданий пяти­летнего плана. Имея в виду, что население городов и в частности количество рабочих растет быстрее наметок пятилетки, совер­шенно ясно, что отставание от этих темпов со стороны легкой индустрии создает уже целый ряд неблагоприятных экономиче­ских явлений. Но, повторяю, это отставание объясняется затруднениями, связан­ными с недостаточным развитием сырьевой базы, а отнюдь не состоянием основного капитала легкой индустрии.

Производственные возможности, как со­вершенно правильно говорил т. Орджоникидзе, в нашей хлопчатобумажной про­мышленности, например, таковы, что она может переработать уже сейчас удвоенное количество сырья при существующем ос­новном капитале. Как же можно решить эту проблему подтягивания группы «Б», имея в виду необходимость сократить им­порт сырья, а затем и освободиться от него совершенно? Очевидно, что пути к решению этой проблемы должны идти по тем же линиям, по каким решалась и зер­новая проблема. Нужно очевидно развер­нуть большое строительство колхозов и совхозов в сырьевых районах, конечно стимулируя одновременно индивидуаль­ное середняцкое и бедняцкое крестьянство. Нет сомнения, что, идя по этой линии, мы сумеем разрешить сырьевую проблему промышленности, ибо. даже существующие площади почти под всеми видами техниче­ских культур при достаточной урожай­ности, при достаточно хорошей обработке земли могли бы дать нужное для наших предприятий сырье в размерах, позволяю­щих загрузить их до конца. У нас сейчас имеется 1 600 тыс. га под хлопком, 1 600 тыс. га под льном, 900 тыс. га под коноплей и т. д. И вот эти площади могли бы дать полное обеспечение нашей про­мышленности сырьем в том случае, если бы более прилично обстояло дело с урожай­ностью. Если взять к примеру хлопок, то в 1928/29 г. мы имели посевную площадь, превышающую довоенную уже на 30%, но так как урожайность хлопка соста­вляла 79% довоенного урожая, то товар­ный сбор хлопка превысил довоенные раз­меры всего лишь на 2%. По льну еще более разительная картина: мы в 1928/29 г. имели некоторое незначительное, против довоенного уровня, увеличение посевных площадей льна, но так как урожайность была низкая и в то же время значительно увеличилось оседание льна в крестьянском хозяйстве, то товарный сбор составил всего 52% от довоенного. Совершенно очевидно, что это является прежде всего следствием страшной дробности хозяйств. И это не дает возможности нам использо­вать ту посевную площадь, которая име­ется, так, как можно ее использовать в условиях организации крупного обобще­ствленного хозяйства. Не лучше у нас положение с урожайностью и в следующем 1929 сельскохозяйственном году. По хлоп­ку мы имеем почти ту же самую картину -урожайность повысилась в очень незначи­тельном размере; по льну происходит даже некоторое уменьшение урожайности. И тогда как по площади мы растем более или менее прилично, в части урожайности, в части товарного сбора нам еще далеко до Европы и Америки, которые благодаря применению удобрений и луч­шей обработки земли получают значитель­ный рост сбора технических культур в сравнении с довоенным временем как по валовой продукции, так и по ее товарной части. В Америке, например, товарный сбор хлопка увеличился в сравнении с 1913 г. на 32%, в Европе лен увеличился на 13% и т. д.

ЦК партии рассматривал неоднократно вопрос о сельскохозяйственном сырье и был совершенно прав, когда дал большие задания по посевным площадям и повернул все хозяйственные органы лицом к этой проблеме. Тут, и главным образом тут, лежит источник для дополнительных тем­пов развития легкой индустрии. Нам нуж­но не только расширить посевную площадь, но и во весь рост поставить проблему уве­личения урожайности технических куль­тур, а эта проблема теснейшим образом упирается в проблему необходимости со­здания крупных хозяйств, ибо мелкое крестьянское хозяйство, зиждящееся на жалком клочке земли, обрабатывающее его допотопными способами и средствами производства, не в состоянии коренным образом разрешить Задачу повышения уро­жайности, задачу обеспечения промышлен­ности необходимым с.-х. сырьем. Только крупные колхозы и совхозы и в области хлопка, и в области льна, и в области табака и т. д., только они дадут возможность действительно применять машинную обработку земли и применять удобрения в больших размерах. Только они способны в корне решить сырьевую проблему нашей легкой индустрии.

Вторая проблема, которую я здесь хотел только наметить, потому что не имею вре­мени более подробно на ней останавли­ваться, — это проблема новых видов сырья для легкой промышленности. Я имею в виду сырье для текстильной промышлен­ности: кендырь, кенаф, рами и др., произ­водство которых сейчас ставится только в опытном порядке, но которые безусловно и неизбежно в будущем сыграют большую роль в деле загрузки оборудования нашей текстильной промышленности. Наиболее успешно движется дело с кендырем. Это многолетнее растение, главным образом находящееся в районе Казахстана, дает возможность получить хорошее лубяное волокно. Сейчас у нас в этом году будет засеяно кендырем приблизительно 10, а может быть 15 тыс. га, что даст на будущий год цифру от 100 до 200 тыс. пудов уже готового волокна из кендыря, предста­вляющего собой хорошее сырье для хлоп­чатобумажной промышленности. Другое растение — рами, встречающееся на Кав­казе, представляет еще больший интерес по своим качествам. Это растение дает волокно, превосходящее волокно Хлопка. Оно сейчас не имеет большого распростра­нения. Найдены только отдельные его заросли. И все дело сейчас заключается в культивировании этого растения. В об­ласти форсированного создания сырьевой базы нужно решительно усилить обслу­живание сельского хозяйства по этой линии со стороны тяжелой индустрии (про­изводство соответствующих машин, удо­брений для сельского хозяйства, стройма­териалов для оборудования совхозов и т. д.). Нужно поставить себе задачу, чтобы специально озаботиться обслужи­ванием тех совхозов и колхозов, которые будут созданы для поднятия сырьевой базы текстильной промышленности и дру­гих видов легкой индустрии. Таким обра­зом, как видите, и путь к текстилю и ситцу лежит в конце концов через трактор, через развитие тяжелой индустрии, через раз­витие промышленности, производящей ма­шины и средства производства.

Я уже не говорю о том, что развитие легкой индустрии в настоящий момент необходимо и для повышения реальней заработной платы. Повышение реальной заработной платы без сомнения пойдет более легко, с меньшими трудностями в том случае, если у нас будет развита легкая индустрия, в значительно большей мере удовлетворяющая потребительский спрос.

Теперь мы можем поставить эту задачу во весь рост. Теперь, когда у нас имеется тяжелая индустрия, когда мы можем про­блему легкой индустрии решать через нашу советскую тяжелую индустрию и в смысле производства оборудования, и в смысле производства строительных мате­риалов, и в смысле создания мощных меха­низированных крупных социалистических хозяйств в области производства техниче­ских культур, — именно теперь мы можем и должны обратить на легкую индустрию значительно больше внимания, чем это было до сих пор, и обеспечить ей большие темпы развития.

В связи с легкой индустрией мне хочется сказать несколько слов относительно ку­старной промышленности. Особенно я имею в виду те отрасли кустарной промышлен­ности, которые работают на недефицитных видах сырья. Достаточно привести только одну цифру, которая говорит о серьезном значении кустарной промышленности в товароснабжении широкого рынка.

В текущем году только одна коопери­рованная кустарная промышленность должна дать стране на 2 1/2 млрд. рублей товаров преимущественно широкого по­требления. Два с половиной миллиарда! Таким образом мы должны рассматривать кустарную промышленность как серьез­ного помощника кашей крупной легкой индустрии в деле увеличения темпов для удовлетворения потребностей широких масс населения.

Машиностроение.

Специального   внимания заслуживает одна отрасль тяжелой индустрии ввиду ее  величайшего  значения  и решающей роли, которую она должна сыграть в деле реконструкции  всего  нашего народного хозяйства и в деле технического перево­оружения нашей промышленности, это — машиностроение. Задачи здесь тем более, грандиозны, что мы в этой области больше чем где-нибудь отстали от передовых стран капитализма и отстали весьма ощутитель­но. Само собой понятно, что наше гран­диозное   строительство   требует громад­ного количества машин. Вот вам цифры. Если в 1927/28 г. общая потребность в промышленном оборудовании выражалась в сумме около 450 млн. руб., то в текущем году она составляет уже 1 500 млн. руб., т. с. более чем в три раза превосходит потребность 1927/28 г., предшествующего пятилетке. За эти два года потребность выросла в три раза. Следующий 1930/31 г, даст новый значительный скачок, и рост потребности промышленности в оборудовании составит уже цифру порядка 2,3 или 2,5 млрд. руб. Два с половиной мил­лиарда   рублей    оборудования против 1 1/2 миллиардов рублей этого года!

Совершенно ясно, что мы не можем ориен­тироваться на покрытие этих колоссаль­ных потребностей в машинном оборудо­вании за счет импорта. Зависимость от капиталистического мира по этой линии является самой нетерпимой. Мы не можем оставлять в руках наших империалисти­ческих противников судьбы всего нашего строительства, судьбу нашего технического перевооружения. Совершенно ясно, что и по чисто хозяйственным соображениям мы не можем ориентироваться на импорт.

Перспективы роста нашей промышлен­ности таковы, что за ближайшие годы мы по некоторым видам оборудования должны будем поглотить очень значительную долю всего мирового производства. Вот один крайне характерный пример: за 3 года мы должны будем установить — у себя 10—12 непрерывных прокатных станов (блюминги), в то время как сейчас их во всем мире имеется всего около 40 агре­гатов. То же самое относится и к целому ряду других машин. Мы не можем, не должны, да и не хотим оказаться в такой тесной зависимости от империалистических стран, чтобы монополисты — машинопроизводители капиталистического мира дик­товали нам политику технической рекон­струкции нашей страны. Совершенно по­нятно, что мы должны приложить все усилия к тому, чтобы создать у себя мощ­ную промышленность, производящую ос­нову производительных сил современного общества — машины.

В частности, в отношении этих блюмин­гов дело обстоит таким образом, что, в конце концов, мы сумеем произвести их на наших заводах, несколько технически подкрепив и перевооружив некоторые из них. Получив соответствующую техниче­скую помощь и ограничившись покупкой за границей не более двух блюмингов, я думаю, наши заводы справятся с этой задачей и тем самым обеспечат необходи­мое развитие нашей черной металлургии.

Стоящие перед нами задачи велики. Од­нако, состояние нашего машиностроения далеко  этим задачам не соответствует.

Капитализм оставил нам в наследство почти полное отсутствие собственного ма­шиностроения. Нам приходится строить почти на пустом месте. Помимо этого, бурно развивающийся за последнее время технический прогресс сводит на нет и то ничтожное машиностроение, которое имела довоенная Россия.

Мы реконструируем нашу страну по последнему слову техники, на базе новых технических достижений передовых капи­талистических стран. Поэтому тот опыт машиностроения, который был в нашей стране, он уже не соответствует происшед­шим изменениям в технике. Нам нужно производить нового вида машины — ма­шины, которые смогли бы удовлетворить возрастающие потребности технического перевооружения страны. Отсутствие до­статочных кадров квалифицированного инженерно-технического персонала, не­достаток в квалифицированных рабочих -все это создает большие трудности на пути развертывания машиностроения. Эти труд­ности однако могут и должны быть во что бы то ни стало преодолены.

Совершенно очевидно, что не только это сдерживает развитие машиностроения. Есть еще одно обстоятельство, в которое мы здесь упираемся, это — положение дела с металлом. Необходимость в спе­циальных сортах железа и стали, значи­тельная потребность в цветных и легких металлах — все это, помноженное на огромные масштабы машиностроения, ко­торые оно должно принять у нас в бли­жайшие годы, представляет величайшие трудности.

В свете этих трудностей абсолютно Пра­вильны решения, которые были приняты Центральным комитетом партии, об уве­личении производства чугуна до 17 млн. т и о создании базы качественного металла на Урале и в Запорожье.

Как развивалось машиностроение? Тут, несмотря на имевшиеся трудности, нужно, к чести нашей машиностроительной про­мышленности, констатировать, что темпы были очень большие. До войны машино­строительная промышленность, по срав­нимым ценам (приведенным к ценам 1926/27 г.), давала приблизительно на 307 млн. руб. продукции. И вот этой ма­ленькой цифре противостоят наши совет­ские достижения: в 1928/29 г. уже 703 млн., в 1929/30 г. — 1 300 млн. и для 1930/31 г.— 2 500 млн. руб. От довоенного времени это составляет 814%. Итак, в этом году мы будем производить в 4 раза, а в буду­щем — в 8 раз больше, чем производили в довоенное время!

Таким образом мы здесь добились со­вершенно определенных, весьма ощутимых результатов. Не менее ощутительных ре­зультатов мы добились в области органи­зации производства новых машин.

Мы добились не только производства большого количества машин, не только умеем делать некоторые новые виды машин, но в ряде случаев мы делаем их хорошо и сравнительно дешево. Вы знаете, что сельскохозяйственные машины продаются нами по довоенным ценам (по довоенному прейскуранту). Тем не менее сельскохо­зяйственное машиностроение имеет воз­можность жить и развиваться без допол­нительных дотаций.

Дизеля мы производим несколько до­роже, чем за границей, но не особенно значительно. Однако, товарищи, нужно сказать, что эта дешевизна машин и хо­рошее качество машин достигнуты нами в ограниченной области.

К сожалению, нужно признать, что в огромной массе мы выпускаем машины недостаточно хорошего качества и дорогие, что никак не может мириться с теми тем­пами развития нашей промышленности и народного хозяйства в целом, которые мы проектируем.

Машины являются нервом реконструк­ции народного хозяйства; машины — это то, что в конце концов подымет кашу тех­ническую базу на недосягаемую высоту, что даст возможность реально, практи­чески осуществить лозунг — «догнать и перегнать». И поэтому мы не можем тер­пимо относиться к дороговизне наших ма­шин и плохому их качеству. Для хороших, здоровых большевистских темпов нужны машины хорошего качества и дешевые.

В области машиностроительной промыш­ленности у нас еще много кустарщины. Как правило, на наших заводах мы не на­блюдаем массового и серийного производ­ства. Во многих отраслях машиностроения мы видим кустарщину, «Мюр и Мерилиз» в продукций, отсутствие действительного массового производства. На заводах отсут­ствует специализация, отсутствует разде­ление труда, налицо повальное само­обслуживание всех цехов, а это является главным тормозом для рационализации производства, для массового и серийного производства. Машиностроительная про­мышленность, как ведущая основная, опре­деляющая темпы нашего развития, должна быть передовой во всех отношениях.

И для того, чтобы выполнить те задачи, которые стоят здесь перед нами, работ­никам машиностроительной промышлен­ности и всем организациям, связанным с нею, необходимо всемерно налечь на это дело, используя огромные еще неис­пользованные ресурсы. А ресурсы здесь имеются и притом не малые. Загрузка машиностроительных заводов, несмотря на большей голод на машины, еще весьма недостаточна.

Если, товарищи, взять сменность, то в целом по промышленности коэффициент сменности равен 1,6. Это в среднем по всей промышленности, ибо вы конечно пони­маете, что на одних предприятиях имеется три смены, на других — две смены и на третьих — одна смена; в среднем же по заводам получается — 1,6. Этот коэффициент сменности несколько больше, чем в довоенное время, когда сменность опре­делялась коэффициентом 1,2—1,3. В ма­шиностроении коэффициент сменности — 1.25. Это ни в коем случае не может быть терпимо в дальнейшем. Сменность, так же как и введение непрерывного производ­ства, имеет огромное значение для наибо­лее полного использования основного ка­питала. Для того чтобы выполнить вели­чайшие программы по машиностроению, надо добиться значительного увеличения этого коэффициента. Конечно, здесь можно сослаться на целый ряд трудностей: во-первых, недостаток квалифицированной рабочей силы, во-вторых, на многих ма­шиностроительных, заводах надо произ­вести некоторые капитальные работы для того, чтобы подтянуть некоторые узкие места, в-третьих, нужно будет иметь боль­ше металлов и т. д. Однако эти трудности не должны останавливать нас перед тем, чтобы добиться решающих успехов и во что бы то ни стало выполнить ту огромную программу, которая ложится на плечи машиностроительной промышленности, в интересах социалистического развития всей промышленности, всего народного хозяйства.

Безобразно также обстоит дело с коопе­рированием производства внутри машино­строительной промышленности, которая, между прочим, больше чем какая-либо другая должна и не может не идти по пути кооперирования и специализации. Именно так построены передовые предприятия и Европы и Америки. У нас все делается од­ним предприятием. Ясно, что при этом непроизводительно   загружаются произведственные площади, отсутствуют усло­вия для организации непрерывного по­тока, невозможно значительное ускорение производства и т.д. Кое-какие успехи в этом отношении сделаны. Кое-какая спе­циализация, а в отдельных случаях до­вольно значительная, проведена. Но все же этого еще недостаточно, особенно если со­поставить с теми задачами, которые стоят перед машиностроительной промышлен­ностью.

Что касается капитальных затрат в машиностроительной промышленности, то в 1929/30 г. они составляют для общего машиностроения, включая станкостроение и котлостроение — 237 млн. руб., по элек­тротехнической промышленности — 62 млн. руб., по автостроению — 198,5 млн. руб., по сельскохозяйственному машинострое­нию — 100 млн. руб. и всего по всем видам машиностроения — 617 млн.. руб.

В связи с той ролью, которую должно играть машиностроение в реконструкции всего народного хозяйства, в будущем году проектируется увеличение капитальных вложений до 1 175 млн. руб., т. е. почти удвоение против текущего года.

Не нужно жалеть по поводу большого размера капитальных вложений, которые идут в машиностроение. Это — тот уча­сток, который даст возможность развить большевистские темпы; вся промышлен­ность упирается в машиностроение. От его развития зависит и развитие угольной промышленности, и развитие электрифи­кации, и развитие металлургии, химиче­ской, цементной, бумажной промышлен­ности и т. д. и т. д.

Машиностроение нужно двинуть во всю, ибо это — узловое звено, за которое нужно уцепиться, для того чтобы вытянуть всю цепь народного хозяйства.

Новые производства.

О связи машиностроения с другими от­раслями народного хозяйства скажу не­сколько позже. Мне хотелось бы остано­виться хотя бы кратко на новых производ­ствах, которые мы ставим во всех отраслях промышленности и которые представляют специальный интерес для того периода, который мы сейчас переживаем. Дорево­люционная царская Россия была по пре­имуществу страной аграрной и прогресс техники шел в ней крайне медленно. Годы войны, годы революции, годы бло­кады, отрыв от иностранной техники пре­допределили у нас дальнейшее очень боль­шое отставание в технике, ибо капитали­стический мир во многих случаях ушел за это время далеко вперед. При этом путь капиталистического прогрессу в этой обла­сти, чем дальше, тем все больше идет имен­но по пути создания новых производств. Мы очень отстали от передовой техники и начали использовать ее только в послед­ние годы. Успехи у нас кое-где имеются, в особенности за последние годы, когда у нас повысились капитальные затраты на строительство новых заводов, новых пред­приятий. И мы теперь получим возмож­ность поставить и развернуть целый ряд производств, которых довоенная Россия вообще не знала. Я приведу всего несколько цифр, которые покажут сравни­тельно огромные количественные, а отчасти и качественные успехи, которых мы здесь достигли.

Продукция новых видов машинострое­ния, которых никогда ранее не было, росла таким образом, что если в 1927/28 г. мы имели ее на 41 млн. руб., то в будущем году проектируется уже на 552 млн. руб., иначе говоря, за эти три года увеличится больше чем в 10 раз. Удельный вес новых производств в общей продукции машино­строения возрастет с 7 до 21%, т.е. в три раза.

Еще рельефнее выступят эти успехи, если сопоставить эту цифру новых произ­водств, которую мы проектируем на бу­дущий год, со всем машиностроительным производством в довоенное время. 552 млн. руб. запроектировано выпустить на бу­дущий год только по новым отраслям машиностроения, между тем вся довоен­ная промышленность давала лишь немно­гим больше 300 млн. руб., таким образом продукция новых производств в будущем году будет на 41% больше всего довоен­ного машиностроения.

В эту группу новых производств входят: тракторы, автомобили, мощные турбины и генераторы, ряд сложных с.-х. машин, буровые машины, которые в будущем году   будут   производиться   на сумму

5 млн. руб., некоторые виды нефтяного оборудования, которое в этом году произ­водится на 17 млн., а в будущем году — на 50 млн. руб., химическая аппаратура — в этом году производится на 12 млн. руб., холодильные машины, производящиеся на

6 млн. в этом году и на 14 млн. руб. в бу­дущем, хлебные машины на 4 млн. в этом; году и на 18 млн. руб. в будущем; табач­ные машины, полностью удовлетворяющие потребности нашей табачной промышлен­ности, буровые станки и инструменты — в этом году они будут произведены на 12 млн. руб., в будущем году — на 26 млн. руб., дизеля совершенно новых конструкций и мощностей — в этом году они будут произведены на 15 млн. руб., а в будущем году — на 40 млн. руб. Мы уже освободились от импорта по целому ряду важных изделий. Вся кожевенная и обувная промышленность оборудуется нашими советскими машинами. Оборудование для спичечных фабрик — исключи­тельно наше. Оборудование и машины для текстильных фабрик — чесальные маши­ны, ватера, банкаброши, сновальные машины, ленточные машины и т. д. — все это производится нашими силами.

Большинство наших машин, которыми мы обслуживаем сельское хозяйство, являются новым производством, и, несмотря на это, мы сельское хозяйство в большей мере снабжаем своими машинами, чем это было до войны. В 1930/31 г. мы произве­дем значительную часть этих с.-х. машин у себя, тогда как до войны около половины ввозилось из-за границы. В этом году из-за границы ввозится только 12% с.-х. машин.

Производство многих новых видов про­дукции поставлено и в других отраслях промышленности. Перечень этих произ­водств занял бы очень много времени: тут и электротехника и фото-киноаппаратура (в области фото-киноаппаратуры нами сде­лано очень мало, но во всяком случае это дело уже поставлено). В области химии имеется целый ряд производств, которых абсолютно не знала дореволюционная Рос­сия. Мы уже пустили одну фабрику искус­ственного волокна в Ленинграде. В те­чение этого и будущего года будут пущены Могилевская и Клинская фабрики искус­ственного волокна.

Поставлено производство специальных тканей в текстильной промышленности для электротехнической и резиновой про­мышленности. Производим сейчас высоко­вольтную аппаратуру, вольфрамовую нить для осветительных целей и для ламп, употребляющихся в радиотехнике. Всего нельзя перечислить, однако, понятно, це­лый ряд новых производств мы не сумели развернуть в достаточно широком масшта­бе и не могли освободиться на сегодняшний день от иностранной зависимости. Нужно добиться, чтобы как можно скорее эту за­дачу разрешить.

И в области сырья, в области ослабле­ния сырьевой зависимости от заграницы первые шаги вперед, крайне робкие, со­вершенно недостаточные, также сделаны. Теперь только мы по существу серьезно занялись хлопковой проблемой, а до этого на десятки миллионов рублей ввозили хлопок из-за границы. Только теперь мы посевы хлопка распространяем на Евро­пейскую часть Союза.

Только теперь определилась сырьевая база для освобождения нас от иностранной зависимости в резиновой промышленности. Эта зависимость очень сильна и крайне остра. В области каучуконосов мы теперь имеем уже несколько источников полу­чения каучука. Источники получения каучука таковы: во-первых, хондрилла, каучуконосное растение, имеющееся в Казахстане, таусагыз (тоже в Казахстане), растение, обнаруженное не­сколько позже, но по своему качеству и свойству имеющее все основания перегнать хондриллу, ваточники на Украине, г в а й ю л а, которая культивируется у нас из семян, привозящихся из-за границы. И сейчас у нас уже имеется конкретная программа добычи каучука. Сам по себе этот факт является крайне важным. В будущем году мы должны дать 2 тыс. т каучука. Это конечно еще мало в сравне­нии с нашими потребностями, это еще не освобождает нас от заграницы. Но все же первые советские 2 тыс. т каучука мы уже получим в будущем году, не считая 200 т, которые мы произведем еще в этом году. Сейчас обнаружены большие пло­щади таусагыза в дикорастущем виде. Мы будем иметь возможность эксплуатировать 10 тыс. га таусагыза и думаем раз­вести культурным путем, путем посадки, 5 тыс. га. Хондрилла в дикорастущем со­стоянии имеется на огромных площадях — 720 тыс. га, в культурном виде она будет посажена на 25 тыс. га уже в этом году, ваточник, культивирующийся на Украине в районе Киева, на 3 тыс. га, гвайюла будет разведена на 200 га. Значительное количество каучука из 2 тыс. т падает на таусагыз, благодаря его огромным преимуществам перед всеми другими ра­стениями. В его корне содержится до 20% каучука.

Выполнима ли эта программа, действи­тельно ли мы реально стали на путь осво­бождения от иностранной зависимости в области каучука? Я считаю, что не только выполнима, а и перевыполняема. Тов. Ма­когон, который, стоит во главе треста «Каучуконос», естественно называет не­сколько более осторожное задание. Я лич­но убежден, что можно программу повы­сить, потому что те результаты, которые были получены от последней экспедиции в районы произрастания таусагыза, го­ворят о совершенно исключительном ко­личестве зарослей’ и возможностях, ко­торые здесь имеются. Поэтому эта программа не только должна быть выполне­на, но будет перевыполнена.

Чубаръ (председательствую­щий). Очевидно, сегодня не удастся закончить доклад, придется перенести на завтра, так как сейчас уже 9 часов, а т. Куйбышеву потребуется больше часа. Заседание закрывается, завтра начнем ровно в 10 часов.

(8 июля 1930 г., утреннее.)

Артюхина (председательствующий). Объявляю заседание открытым. В порядке дня продолжение доклада т. Куйбышева

Промышленность и сельское хозяйство.

Совершенно по-новому, даже в сравне­нии с заданиями пятилетки, стоят сейчас задачи всех отраслей промышленности, так или иначе связанных с сельским хо­зяйством.

Бурный темп коллективизации, кото­рый позволил нам перейти к осуществле­нию ликвидации кулачества как класса, создание мощных совхозов и машино-тракторных станций, — все это ребром ставит вопрос о подведении соответствую­щей технической базы под обобществлен­ное сельское хозяйство.

И тут дело не только в производстве трак­торов и сельскохозяйственных машин. Совхозы, машиностроительные станции и колхозы требуют целого ряда других вещей, без которых техническая база сель­ского хозяйства не может прийти в соот­ветствие с тем социально-экономическим сдвигом, который произошел в сельском хозяйстве. Требуются удобрения, требу­ются средства борьбы с вредителями, обо­рудование для ремонтных баз, грузовики, походные кухни, палатки, радио, электри­ческое освещение, оборудование складов, огромное количество строительных мате­риалов, базы горючего, мотоциклы для связи и т. д., и т. п.

Спрос со стороны обобществленного сек­тора сельского хозяйства сразу вспрыг­нул очень сильно, причем ко всем отрас­лям промышленности предъявляются по­вышенные требования.

В области осуществления машинизации сельского хозяйства промышленностью сде­лано довольно много, хотя и далеко еще недостаточно.

Для характеристики развития нашего сельскохозяйственного машиностроения достаточно назвать три цифры: если до войны производилось на 67 млн. продукции, то в этом году мы дадим на 400 с лиш­ним млн. рублей сельскохозяйственных машин; а на будущий год намечается про­извести сельскохозяйственных машин на 815 млн., т. е. в 12 1/2 раз больше, чем в довоенное время. А это значит, что продукция сельхозмашиностроения в будущем году превысит годовую американскую про­дукцию сельскохозяйственного машино­строения. В области сельскохозяйствен­ного машиностроения мы реально встали на путь осуществления лозунга догнать и перегнать капиталистические страны.

Если сюда еще прибавить 58 тыс. трак­торов, которые мы произведем в 1930/31 г. и тем самым дадим сельскому хозяйству добавочных 745 тыс. лошадиных сил, то масштаб наших успехов возрастет еще больше.

Однако, в деле удовлетворения других требований сельского хозяйства промыш­ленность не имеет таких достижений. С про­изводством минерального удобрения, на­пример, дело до сих пор обстоит крайне неблагополучно, и пятилетний план про­мышленностью не выполняется. Химиче­ская промышленность должна мобилизо­вать все силы на то, чтобы покрыть задол­женность перед социалистическим секто­ром сельского хозяйства. Неудовлетвори­тельно обстоит дело и с такими требова­ниями сельского хозяйства, как оборудо­вание для ремонтных баз, грузовики, походные кухни, оборудование для связи, радио, телефон и т. д.; все это произво­дится нами в размерах, недостаточных для того, чтобы обслужить все возрастаю­щий спрос сельского хозяйства.

Но мало того, чтобы произвести доста­точное количество сельскохозяйственных машин и орудий. Нам надо дать такое коли­чество и такого качества машины, кото­рых  требует  реконструирующееся сель­ское хозяйство. Тракторы внесли сдвиги в эти требования. Нам надо давать инвен­тарь тракторной   тяги. А как обстояло дело до сих пор? Еще в 1927/28 г., т. е. всего два года тому назад, наша промыш­ленность сельскохозяйственного машиностроения 97% своей продукции произво­дила в виде ручного и конного инвентаря и только 3% падало на инвентарь механи­ческий. В 1929/30 г. уже происходит зна­чительный сдвиг, и 24% продукции сель­скохозяйственного   машиностроения рас­считаны на инвентарь тракторной тяги. На предстоящий же 1930/31 г. будет про­изведено уже свыше 60% сельскохозяйственных машин механической тяги. Боль­шинство  продукции сельхозмашстроения должно быть иного качества. Необходима революция в этой отрасли промышленно­сти. И та перестройка этой отрасли промышленности, которая в обычных условиях происходят годами, должна быть произ­ведена немедленно с тем, чтобы, перестраиваясь, в то же время давать качественно иную продукцию.

Перед промышленностью, без сомнения, стоят чрезвычайной важные задачи, ко­торые должны быть во что бы то ни стало выполнены. Мы обязательно должны вы­полнить намеченную программу, ибо от того, сумеет ли вовремя и в достаточном количестве и качестве наша промышлен­ность дать обобществленному сектору трак­торы, сельхозмашины, удобрения и т. д., от этого зависит до известной степени самый темп дальнейшего обобществления, а так­же  и   развитие  производительных сил сельского хозяйства. Понятно поэтому, что в предстоящий период мы должны по этим отраслям промышленности, обслужи­вающим производственные нужды рекон­струирующегося    сельского хозяйства, развернуть работу большевистскими тем­пами. И недаром ЦК партии в своем по­следнем решении дал в области ракгоростроения и сельхозмашиностроения дей­ствительно громадную производственную программу, ЦК, кроме того, наметил гран­диозный строительный план и такие темпы его осуществления,   которых, конечно, не знала ни одна страна ни в один период своего развития. По своей величине, по напряженности сроков, по сложности тех­нических задач, осуществление этого пла­на дело очень трудное.

В самом деле план строительства в об­ласти тракторостроения и сельхозмашино­строения состоит в следующем. Мы долж­ны в полуторагодичный срок построить тракторный завод в Челябинске, завод-гигант, который будет единственным в ми­ре, завод, который будет выпускать еже­годно 40 тыс. гусеничных тракторов, мощностью 50—69 лошадиных сил и вли­вать в наше сельское хозяйство ежегодно 2 млн. лошадиных сил. Этот завод должен быть построен к началу 1932 календар­ного года. И сроки и величина задания не­бывалые в капиталистических странах. И совершенно ясно, что они будут выпол­нены только в силу преимуществ нашей системы хозяйства, только при условии, если на этом деле будет сосредоточен максимум внимания всей пролетарской общественности.

В еще более короткий срок, к лету буду­щего года, мы должны построить Харь­ковский тракторный завод. Он будет да­вать 50 тыс. тракторов мощностью 15 на 30 лош. сил. Таким образом ежегодно он будет давать стране 750 тыс. лошадиных сил. Задача тоже величайшей важности и крайне трудная. И украинские товарищи должны поставить как вопрос большеви­стской чести окончание строительства это­го завода в те сроки, которые установ­лены ЦК партии.

Весьма грандиозна программа строи­тельства комбайнов. Мы должны построить Саратовский завод комбайнов и завод ком­байнов в Сибири. При этом надо иметь в виду, что еще недавно не только о произ­водстве комбайнов не было у нас речи, но не было речи даже об использовании комбайнов. Только в прошлом году Зернотрест начал внедрять импортные ком­байны в свои крупные совхозы. В этом году ввезено уже значительное количе­ство комбайнов. Но комбайны мы не толь­ко должны уметь использовать на своих полях, но и уметь построить. Тут мы имеем одно очень большое достижение, о котором я хочу довести сведения до съезда.

Я говорю относительно выработки соб­ственного типа комбайнов, разработан­ного инженером Бородиным, комбайна, отличающегося от иностранных комбайнов тем, что он работает мотором трактора. Мотор трактора, сообщая движение трак­тору, в то же время приводят в движение механизмы этого комбайна. Это значитель­но удешевляет комбайны, делает управ­ление ими более простым, дает возможность экономить на горючем и выпускать ком­байны более дешевые. Этот тип комбайна уже этим летом подвергался предварительным испытаниям, хотя еще и недостаточным; в этом месяце испытания будут произведены еще более придирчивые. Но у всех работников в этой области нет ника­ких сомнений, что победа уже одержана и что комбайны нашей собственной кон­струкции скоро будут ходить по полям нашего Союза. (Аплодисменты.)

Советские заводы комбайнов тоже — дело, которое должно быть выполнено в крайне ограниченные сроки. Предполагается строительство двух заводов. Удов­летворят ли эти два завода потребности Союза в комбайнах — пока еще трудно сказать, и не исключена возможность, что в будущем году мы приступим к строи­тельству еще одного завода комбайнов в Ростове.

Этим не исчерпывается строительная программа, которую дал Центральный комитет партии. ЦК партии постановил довести выпуск тракторов на Путиловском заводе до 23 тыс. штук. И эта про­грамма, будет выполнена. Строительные работы идут, и нет никакого сомнения что «Красный путиловец» уже в будущем году даст 20, а может быть и 22 тыс. трак­торов плюс 5 тыс. штук комплектов запас­ных частей к тракторам.

Реконструкция существующих заводов с.-х. машиностроения и их переход на тракторный; инвентарь также потребуют огромной работы. Задания безусловно крайне напряжены, но эти задания явля­ются важнейшим участком работы промыш­ленности, и каждый большевик, работаю­щий в этой области, каждый пролетарий должен считать вопросами своей револю­ционной чести и долга выполнить этот план во что бы то ни стало.

Промышленность и народное хозяйство.

Но не только сельское хозяйство предъ­являет к промышленности новые повышен­ные требования. Рост валовой продукции промышленности и сельского хозяйства, создание новых индустриальных районов, новое географическое размещение про­мышленности — все это ставит перед про­мышленностью задачу обслуживания воз­растающего  товарооборота  и грузооборота страны. Превышение проектировок пятилетнего плана в области роста грузо­оборота повысило и те требования, кото­рые предъявляет транспорт к промышлен­ности как по линии производства паро­возов и вагонов, так и по линии производ­ства рельсов. В самом деле, пятилетний план исходил из доведения грузооборота в стра­не до 210 млн. т, между тем эта наметка превзойдена уже в текущем году, а в будущем 1930/31 г. грузооборот составит 335 млн. т, т. е. в полтора раза больше, чем было намечено планом к концу пяти­летия. Это означает, что наше паровозо­строение и вагоностроение должно теперь ориентироваться на значительное увеличе­ние требований, которые транспорт предъ­являет нашей промышленности. Здесь мы опять-таки имеем дело не только с ростом количественных требований, мы имеем и иные качественные требования. Нам нуж­но дать не те вагоны, которые привыкли строить наши заводы, мы должны дать большегрузные вагоны, мы должны техни­чески перевооружить транспорт. Мы долж­ны научиться делать механизмы для авто­сцепки, реконструировать тормозное хо­зяйство транспорта. Мы должны построить нового типа вагоны — саморазгружаю­щиеся, которые в нашей стране до сих пор не строились. Одним словом, не только большее количество, но совершенно иное качество предъявляется железнодорож­ным транспортом к промышленности, и в связи с этим требуется определенная перестройка нашего промышленного меха­низма.

Изменение характера и условий связи города с деревней, рост совхозного строи­тельства и строительства колхозов также предъявляют большие требования к про­мышленности. Со всей остротой становится перед нами проблема автотранспорта, ко­торая требует своего скорейшего разре­шения. Едва ли я ошибусь, если скажу, что на любом участке нашего хозяйства, — будь это сельское хозяйство, будь это торговля, строительство, промышленное производство, будь это разведка, — по­всюду и везде самым голодным товаром является машина, грузовик, который ну­жен, как воздух, для растущего и рекон­струирующегося народного хозяйства. По­этому проблема автотранспорта приобре­тает величайшую остроту. И в области автотранспорта ЦК дана большая напря­женная программа. Мы строим Нижегород­ский автомобильный завод, который будет производить 140 тыс. автомобилей, из которых большинство приходится на гру­зовые машины. Этот завод начат уже по­стройкой и он должен быть окончен осенью 1931 года. Сроки крайне напряженные, технические трудности большие, тем не менее эта боевая задача должна быть во что бы то ни стало выполнена. Помимо Ни­жегородского завода реконструируется за­вод АМО в Москве. Это такого типа рекон­струкция, которая по существу, как небо от земли, отличается от того, что было, ибо завод будет производить 25 тыс. автомо­билей. Производится постройка новых корпусов, они оснащаются сейчас обору­дованием, и этот завод должен осенью при­ступить к работе.

Нужно ли будет стать на путь дальней­шего расширения автомобильной програм­мы, — этот вопрос должен быть решен в будущем году. Мы должны предвидеть те темпы и те требования, которые будут предъявлены со стороны народного хо­зяйства на этом участке работы нашей промышленности.

Особого внимания требует к себе водный транспорт. Он тоже предъявляет все боль­ше и больше повышающиеся требования к нашей промышленности как в области морского, так и в области речного судо­ходства. Вы знаете, что речное судоход­ство сильно отстало, что оно сейчас вы­полняет всего 60% довоенных перевозок. Совершенно ясно, что задача восстанов­ления речного транспорта ложится прежде всего на промышленность. Нужно дать больше судов, нужно дать суда техниче­ски более современные, нужно дать суда, которые обеспечили бы возможность речному судоходству быстрыми шагами не только перегнать довоенный уровень, но и привести его в соответствие с потребно­стями народного хозяйства.

В области морского судостроения по­требности тоже крайне большие. Тов. Орд­жоникидзе здесь говорил относительно тех огромных затрат валюты, которые мы производим благодаря фрахтованию чу­жих судов. Нужно во что бы то ни стало и на этом участке продвинуться серьезно вперед и добиться необходимого перелома.

Возрастающий товарооборот требует от промышленности в свою очередь постанов­ки ряда новых производств. Нам нужно дать стране много холодильников, элева­торов, хлебозаводов, беконных и консерв­ных заводов, боен, оборудование для пор­тов и т.д. и т.п. И здесь рассчитывать на импорт, конечно было бы безумием. Ни­каких валютных сбережений не хватило бы для того, чтобы переоборудовать все это огромное хозяйство, обслуживающее товарооборот страны. Очевидно и эту огромную задачу промышленность нашей страны должна принять на свои плечи. Мы должны научиться все это делать, и делать в таких количествах, которые бы полностью обслужили растущий товаро­оборот.

Общий подъем народного хозяйства, все углубляющийся и расширяющийся про­цесс индустриализации, широкое совхоз­ное и колхозное строительство, постав­ленная задача перехода к всеобщему обуче­нию, — все это предъявляет повышенные требования к промышленности по линии культурно-бытового обслуживания города и деревни. Между тем состояние соответ­ствующих отраслей промышленности на­ходится на крайне низком уровне. По-видимому, нужно будет пересмотреть в сто­рону увеличения план развития бумажной и полиграфической промышленности, ки­нопромышленности, производства радио­аппаратуры, производства телефонного и телеграфного оборудования, и других ви­дов производства, обслуживающего куль­турно-бытовые потребности нашей страны.

Растущее народное хозяйство страны, повышающаяся культурность широких слоев трудящихся предъявляют здесь очень большие требования, и требования жгучие, острые, которые должны быть в кратчай­ший срок удовлетворены. И эта задача должна быть возложена на плечи промыш­ленности. Мы должны во что бы то ни стало двинуть более быстрыми темпами и бумажную промышленность, и полиграфическую промышленность, и все другие отрасли, обслуживающие культурное стро­ительство.

Обслуживание быта — бани, прачечные, общественные столовые, кухни — должно будет сейчас расти со сказочной быстротой. Рабочий класс и крестьянство, объединен­ное в колхозы, предъявят значительные требования, потому что культурный уро­вень этих огромных миллионов слоев в ближайшие годы поднимется несказанно. И обслуживание этих потребностей тру­дящихся должно быть во что бы то ни стало выполнено промышленностью.

Вы видите, товарищи, что ленинская, большевистская формула о том, что про­мышленность является ведущим началом, что именно промышленность должна ре­конструировать все народное хозяйство, теперь на данной стадии нашего развития стала осязаема, как никогда. Все упи­рается в развитие промышленности и всё упирается прежде всего в развитие нашего машиностроения. Только через развитие и при условии развития машиностроения, которое обслуживает все отрасли народ­ного хозяйства, будут реконструированы все участки нашего социалистического строительства.

Научно-исследовательская работа.

Несколько слов, товарищи, я хочу ска­зать относительно научно-исследователь­ской работы, поскольку роль научно-иссле­довательской работы в промышленности приобретает исключительное значение в связи с теми темпами, которыми мы долж­ны развиваться. Тут не место обломовщине, не место работе по старинке. Нужно во что бы то ни стало выковывать новые ме­тоды работы, выковывать новые технологи­ческие процессы, максимально возмож­ными темпами изучать все наши сырьевые ресурсы, отыскивать новые виды сырья для всех отраслей промышленности, изучать способы их использования, изучать свой­ства всех этих видов сырья и т.д. и т.д. Эту огромную работу должны проделать наши научно-технические учреждения, на­ши научно-исследовательские институты.

Бюджет наших научно-исследователь­ских институтов рос из года в год. В 1927/28 г. он составлял 32,5 млн. руб., в 1928/29 г. — 58 млн. руб., в 1929/30 г. 108,6 млн. руб. Одновременно росла и сеть институтов. С 34 единиц в 1927/28 г. число институтов выросло до 50. Но, товарищи, это конечно крайне недостаточно. И эта недостаточность будет особенно наглядна, если указать, что на одной ламповой фаб­рике компании «Дженераль электрик» в САСШ имеется лаборатория, содержание которой обходится 12 млн. долл., или 24 млн. руб. в год, то есть приблизительно половина того, что мы в прошлом году затратили на все наши институты. И оче­видно  капиталист, владелец этого предприятия, считает, что это выгодно, что эти затраты окупаются. И мы знаем, с ка­кой бешеной скоростью развивается тех­ника лампового дела благодаря этой лабо­ратории, как ускоряются процессы про­изводства.

Что сделали наши институты? Кое-что мы можем записать в актив научно-иссле­довательских институтов. Например Тепло­технический институт дал метод сжигания подмосковного угля, который поднял коэффициент полезного действия котлов на 27%, что составит около 1 млн. руб. эко­номии в год. Для подмосковного угля был разработан способ сжигания в пылевид­ном состоянии. Этот способ лег сейчас в основу проектируемого Мосхимэнергокомбината. Разработан способ применения парафинистого мазута в котельной технике, который по подсчетам института даст эффект в 5 млн. руб. в год. Дан метод сжи­гания фрезерного торфа, что даст возмож­ность развить добычу фрезерного торфа на 50—60% более дешевого, чем машинный торф. При этом же институте существует рационализаторское бюро, которое по за­даниям отдельных хозяйственных органи­заций занимается рационализацией топливо сжигания. По подсчетам института эко­номия от работы этого бюро достигнет порядка 4 млн. рублей. Новые конструк­ции топок тоже являются достижением этого института.

Торфяной институт дал послойно-поверх­ностный способ добычи торфа, который механизирует процесс добычи, сушки и транспорта торфа. Тем самым имеется воз­можность понизить себестоимость торфа в 2 раза при снижении капитальных затрат в 3—4 раза и, что очень важно, удлинить сезон работы с 80 до 120 дней. Выработан­ные торфяные залежи при этом способе могут быть использованы как готовое поле для с.-х. эксплуатации. Этим же ин­ститутом выработана стандартная элева­торная установка для торфа, тоже снижаю­щая себестоимость добычи.

Недавно организованным институтом стройсооружений даны новые расчеты, формулы для квадратных, круглых и вось­мигранных железобетонных сооружений, уничтожающие излишний запас прочности и дающие возможность получить при про­ектировании, фундаментов экономию на же­лезе и бетоне до 50%.

В Институте прикладной минералогии разработан метод получения серы и сер­ной кислоты из сернистого газа, в огром­ном количестве вылетающего в воздух при плавке медистых принтов. На Урале этот метод обещает давать серу по 60—70 руб. за тонну, т. е. в два с половиной раза де­шевле самородной серы, что позволяет нам значительно сократить импорт. Институ­том дан метод изготовления ряда препа­ратов для борьбы с вредителями сельского хозяйства, найден метод получения ти­тановых белил без содержания ядовитого свинца.

Институтом по удобрениям разведан целый ряд богатых и экономически выгодных месторождений фосфоритов, на которых уже заложены рудники.

Механобром — это институт по механи­ческой  обработке  руд — выяснена возможность обогащения криворожских квар­цитов из отвалов и коренных месторож­дений и даны схемы обогащения. На основа­нии этой работы Механобпроект закончил проект обогатительной фабрики большого масштаба для криворожских руд.

По керченской железной руде дана схема обогащения этой руды, из которой полу­чаются аггломераты с содержанием железа в 52%. Результаты положены Гипро-мезом в основу проектирования металлур­гических заводов на керченской руде.

Институтом Механобр даны схемы обо­гащения медистых песчаников Оренбург­ского и Пермского районов, медно-цинковых руд зангезурских и калатинских, уральских и карабашских медных руд и др. На основании этих работ строятся обогатительные фабрики на Калате, Бо­гомоле, проектируются в Зангезуре, на Левихе и т. д.

Большую роль наши институты сыграли в разрешении проблемы алюминия. Проб­лема алюминия может считаться уже раз­решенной. Алюминиевая проблема постав­лена в нескольких институтах ввиду ее сложности и  низких качеств исходного сырья. В Государственном институте при­кладной химии поставлено опытно-завод­ское производство исходного продукта для получения окиси   алюминия. На основе этих  работ  и  работ других институтов в Ленинграде уже построен опытный завод по выплавке  металлического алюминия, который   дает 1,2 т алюминия. С этим алюминием уже были  произведены опы­ты в деле его разработки, причем опыты показали,  что    алюминий, получаемый из наших бедных бокситов, не уступает по своему качеству   импортному алюми­нию. В частности, из него был прокатан ли­сток толщиною в 0,05 мм, причем все требуемые   свойства   этого   листа были выдержаны блестяще. На основании этих работ предполагается построить большой завод в районе Ленинграда и другой завод еще большей мощности на Днепрострсое, причем ленинградский завод будет рабо­тать по методам, выработанным в Инсти­туте прикладной химии, а завод при Днепрострое будет работать по способу Куз­нецова-Жуковского, разработанному в Ин­ституте металлов.

В области радиосвязи Центральная ра­диолаборатория разработала ряд конст­рукций сверхмощных и мощных катодных ламп. Все мощные станции («Коминтерн», «Новый Коминтерн») оборудованы этими лампами.

В области звукового кино инженерами Шопиным и Тагером закончена конструк­ция звукового кино. Конструкции эти вышли из стадии испытания и переданы сейчас на наши заводы.

Очень интересная научная работа произ­ведена академиком Иоффе в Физико-тех­ническом институте по тонкослойной изо­ляции. Работа эта еще не закончена, но академик Иоффе считает, что после года работы он доведет ее до благополучного конца. Результаты этой работы поведут к серьезному перевороту в изоляционном деле и в электротехнике вообще.

Я не могу останавливаться больше и пе­речислять все эти работы. Упомяну только разве проблему искусственного волокна, которая разрабатывается в институте Баха и дала существенные результаты.

Но роль научно-исследовательских ин­ститутов далеко не исчерпывается теми изысканиями, которые они делают у себя.

Институты кроме этой научно-исследова­тельской работы связаны с промышленно­стью путем консультации и дачи научно-технических советов при каждом новом и сложном строительстве, при разработке всех крупных проектов; работы по рекон­струкции, по рационализации, по органи­зации новых технологических процессов ведутся по всему фронту промышленности при ближайшем участии научно-исследо­вательских институте в.

Однако нельзя, конечно, сказать, что на фронте научно-исследовательской ра­боты в промышленности все обстоит благо­получно. Очень часто в работе институтов отсутствует целеустремленность, отсутст­вует желание дать во что бы то ни стало новую технику нашей промышленности, наблюдается медлительность темпов ра­боты и, наконец, как это показали про­цессы вредителей, в отдельных случаях отсутствует классово выдержанное проле­тарское руководство. Все это ставит перед нами задачу привлечь максимум общест­венного внимания на этот фронт и занять­ся этой работой вплотную и серьезно.

Особо следует отметить геолог-разведывательную работу, имеющую крупней­шее значение для дальнейшего развития промышленности и для ее реконструкции. Имеются шаги вперед и в этой области, но эти шаги ни в коей мере нас не могут удо­влетворить. Что достигнуто здесь? Мы за последние два года благодаря работам Главного геолог-разведывательного уп­равления увеличили наши запасы по чер­ной металлургии больше чем на 1 млрд. тонн, включая сюда и новые месторождения в Казахстане, Нерчинске и других местах. Открыто совершенно новое медно­рудное месторождение, в частности Ксунрадское. Обнаружены новые свинцово-цинковые, алюминиевые и другие место­рождения.

На несколько миллиардов тонн увели­чиваются наши запасы по углю и т. д.

Крайне важно отметить, что мы добились также некоторых, хотя еще и очень незна­чительных, успехов в области разведки новых, имеющих большое значение для промышленности, металлов. Здесь нуж­но было бы шевелиться более быстро, но кое-что все-таки сделано. Открыты место­рождения молибденовой руды на Дальнем Востоке, вольфрама — в Забайкалье и на Урале магния, никеля, алюминия и т. д.

Благодаря тому, что мы теперь имеем свой отечественный вольфрам, у нас сейчас имеется возможность поставить производ­ство твердых сплавов и один из наших за­водов — Электрозавод — здесь, в Москве, наладил производство так называемого «Победит». Этот самый «Победит» конкури­рует с крупповским видием. Металл ви-дий — это твердый металл, который при резке металла дает возможность ускорить процесс обработки в пять раз. Так вот «Победит» достиг такой же крепости, как и видий. Испытание его на наших заводах подтвердило, что мы тут одержали дей­ствительно стремную победу. Этот же металл будет применяться и при бурении в тех породах, которые это допускают, кро­ме тех пород, которые требуют алмазного бурения.

Я думаю, что эта победа нашего Электро­завода должна быть отмечена. Распростра­нение «Победит», внедрение его в нашу ме­таллообрабатывающую промышленность даст возможность значительно увеличить скорости обработки металлов. Кроме этого мы здесь освобождаемся от иностранной зависимости, от ввоза быстрорежущей стали для инструментов. Нам нужно обес­печить это дело сырьевой базой. Нам нужно во что бы то ни стало найти такое количе­ство вольфрама, таксе количество молиб­дена, чтобы иметь возможность обслужить инструментом из этой стали всю нашу ме­таллообработку.

Необходимо подчеркнуть, что без новых дополнительных сдвигов в геолого-разведывательном деле, без усиления работы Главного геолого-разведочного управления мы уже на ближайшее время можем упе­реться в исчерпание некоторых наших сырьевых баз и тем самым могут быть за­медлены темпы проектировки наших но­вых заводов и шахт.

Значение геологических работ особенно поднимается в связи с теми районными сдвигами, которые должны быть произве­дены в нашем народном хозяйстве и ко­торые уже происходят в ходе выполнения пятилетки. Уже выполнение первых двух годов пятилетки привело к значитель­ному перемещению промышленности по отдельным районам Союза. Предстоящие годы должны привести к новым, еще более значительным сдвигам.

Географическое размещение промышленности.

Картина географического размещения промышленности сейчас начинает значительно отличаться от того, что мы получи­ли в наследство от капитализма. Это объ­ясняется прежде всего направлением на­шего строительства.

Так, например, если взять Украину, Ленинградскую область, Московскую об­ласть, Ивановскую область, т. е. наиболее старые промышленные районы, а с другой стороны взять Урал, Сибирь, Казахстан, Среднюю Азию и Дальний Восток и срав­нить капитальные вложения по годам в эти две группы районов, то мы получим следующую картину.

Если в старые районы было вложено в 1927/28 г. 59,05% всех капитальных затрат, то в 1928/29 г. этот процент пони­зился до 53,08, а в 1929/30 г. до 47,2.

Группа районов во главе с Уралом и Сибирью наоборот свой удельный вес в капитальных затратах из года в год повышает: 12,55% на 1927/28 г.; 17,36% на 1928/29 г.; 27,13% на 1929/30 г. Иначе говоря, удельный вес этих районов в общем масштабе строительства за 3 года больше чем удвоился. При этом надо иметь в виду, что это повышение удельного веса новых районов происходит при очень большом темпе развития старых районов. Старые районы отнюдь не стоят на месте. Капи­тальные работы по Украине с 327,6 млн. в 1927/28 г. возросли до 720,2 млн. в 192 /29 г. В Московской области они удвои­лись.

Объем капитальных работ неудержимо растет; но в новых районах и областях он растет еще белее быстро. В самом деле, Урал повысил свою долю в капитальных работах в 2 раза, Сибирь в 3 раза. Капи­тальные работы по Уралу в 1929/30 г. уве­личились в 5 раз в сравнении с 1927/28 г., а по Сибири даже почти в 7 раз. Всюду в новых районах Союза мы имеем повышение удельного веса за счет основ­ных старых промышленных районов. Это происходит потому, что мы порвали с политикой капитализма, где колониальная политика в географическом распределении промышленности играла определяющую роль. В своих наметках размещения про­мышленности мы должны исходить из принципа подтягивания новых районов, имеющих большие сырьевые ресурсы, для того, чтобы полностью использовать все производительные силы данного района. С этой точки зрения очень часто старые обжитые индустриальные районы не всегда оказываются наиболее выгодными местами для развертывания там промышленных предприятий. (Голос: «Это теория толь­ко».) Вот какое несоответствие имеется между наличием сырьевых ресурсов и их использованием в отдельных районах.

Возьмем Кузнецкий угольный бассейн. По данным 1927/28 г. запасы этого бас­сейна составляли 396 млрд. т, или 74,5% всех наших запасов угля.

Запасы же Донбасса определяются в 64,5 млрд. т, или 12,2% всех угольных запасов Союза. Между тем добыча в 1927/28 г. в Кузбассе составляла 7% от добычи по Союзу, в Донбассе — 77%.

Особенно актуальной задачей является создание на Урале и Сибири второго уголь­но-металлургического центра.

Если сейчас удельный вес южной метал­лургии в металлургии Союза составляет около 73%, а Урала 21%, что говорит по существу о монопольном положении южной металлургии, то к концу пятилетия Урал и Сибирь вместе дадут уже почти 6 млн. т чугуна из 17 млн., т. е. дадут больше чу­гуна, чем должна дать вся металлургия Союза в 1929/30 г. Надо иметь в виду при этом, что южная металлургия не стоит на месте, а быстро развивается, произво­дится крупная реконструкция целого ряда заводов, строится Днепровский комбинат, в состав которого входит большой метал­лургический завод, строятся Мариуполь­ский завод, Керченский завод. Несмотря на все это удельный вес Урала и Сибири в металлургии всего Союза повысится и достигнет 1/2.

Перспективы дальнейшего развития ме­таллургии неизбежно поведут к тому, что доля Урала будет повышаться и в после­дующие годы. Возьмите Нижнетагильский завод, который в эту пятилетку вой­дет только частью своей производственной мощности. Бакальский завод, пуск кото­рого долю Урала и Сибири еще более повысит.

Эта передвижка, необходимая нам как по общехозяйственным мотивам, так и по мо­тивам военно-политическим, знаменует со­бою событие чрезвычайной важности. Зна­чительные перспективы открываются пе­ред Уралом и Сибирью и по другим отрас­лям промышленности. Так Урал ориенти­ровочно к концу пятилетия должен увели­чить продукцию по группе «А» в целом бо­лее чем в 10 раз, превратившись на базе собственной металлургии в крупный район машиностроения и, что особенно важно, химической промышленности.

Сибирь с ее огромными пространствами и колоссальными естественными богатст­вами представляет собой район, которому будущее сулит бурные темпы развития. По некоторым наметкам вся промышленная продукция Сибири увеличится по промыш­ленности в 14 раз, а по группе «А» в 20 раз против 1927/28 г.

Чрезвычайно богатым и имеющим буду­щее крупного индустриального района является Казахстан с его богатствами в об­ласти цветной металлургии, угля, каучу­коносов, технических культур и т. д. Продукция Казахстана к концу пятилетия по новым проектировкам должна возрасти в 15 раз по сравнению с 1927/28 г. Казак-стан превратится в индустриальный район, дающий нашему народному хозяйству крайне ценную продукцию, освобождаю­щую нас от импорта цветных металлов и сырья для резиновой промышленности и текстильной промышленности и т. д.

Само собой разумеется, что повышение удельного веса Урала и Сибири в эконо­мике страны не означает снижения разви­тия темпов промышленности таких райо­нов, как Ленинградский, Московский, Ивановский и др. Они должны развиваться не меньшими темпами, которыми они раз­виваются до сих пор, а по целому ряду отраслей промышленности, скажем по ма­шиностроению, по энергетике, они должны развиваться более быстрыми темпами.

Наконец такие районы, как Средняя Волга, Нижняя Волга, ЦЧО, Нижегород­ская область, Северная область с ее неис­черпаемыми лесными богатствами, тоже должны будут иметь большие темпы раз­вития. Но тем не менее мы в этой политике географического размещения промышлен­ности должны по-большевистски твердо выдержать то, что сейчас стоит на очереди как важнейшая проблема исторического значения — это создание нового угольного металлургического центра, второй уголь­ной металлургической базы — на Урале и Сибири. (Голос из зала: «А в ЦЧО?») Мы эту задачу должны выполнить и мы это выполним.

О качестве работы промышленности.

Товарищи, перехожу к рассмотрению качественных показателей работы промыш­ленности и тех резервов, которые имеются в промышленности для ускорения темпов работы, для ускорения достижения тех показателей, которые имеются в пятилет­ием плане.

Говоря о качественных показателях, прежде   всего   приходится остановиться на себестоимости. Это — один из участ­ков, который требует совершенно исклю­чительного внимания партии, хозяйствен­ников, профорганизаций и всего рабочего класса.

В самом деле, от себестоимости, как это понятно всем вам, зависит дальнейшая про­грамма капитального строительства, по­скольку большинство средств, вкладывае­мых в это строительство, получается через накопления в промышленности от реали­зации ее продукции. Поэтому выполнение программы себестоимости является основ­ным условием для того, чтобы выполнить ту строительную программу, которую воз­лагают партия и правительство на про­мышленность .

И вот в то время как плановые задания по количественным показателям систематически выполняются и перевыполняются, в области качественных показателей до сих пор наблюдается значительное отставание. В 1928/29 г, мы осуществили сниже­ние всего на 4% против 7% по плану. Что  касается  текущего  1929/30  г., то данные о снижении себестоимости за пер­вое полугодие говорят о том, что снижение составляет всего  6%  против планового задания в 11%.

Ряд отраслей промышленности с плано­вым заданием по снижению себестоимости справляется. Это свидетельствует о том, что задание по снижению себестоимости по всей промышленности является выпол­нимым в том случае, если лучше работать, если этому участку нашей борьбы уделить достаточно сил и внимания.

Причины недовыполнения лежат в недо­статочном  внимании  к рационализации производства, к лучшей организации тру­да, к делу более рационального использо­вания сырья и оборудования. В этом году ряд отраслей, производящих средства про­изводства, что особенно опасно, значитель­но отстает от выполнения планового за­дания. По черной металлургии фактиче­ское снижение составило 2,7% против 11% по плану; по с.-х. машиностроению сни­жение недостаточно выполнено — всего на 8,5% против 16,2% по плану; по нефти -по   Азнефти — 5%,   тогда  как нужно было довести снижение до 12%;  по лесной] промышленности — 3,5%   против 12,4% по плану, по  цементной — 3,6% против 14,8% по плану.

Урон,    нанесенный промышленности, вследствие недовыполнения задания, столь значителен, что для компенсации потерь во втором полугодии текущего года по­требуется совершенно исключительное напряжение. Во втором полугодии необхо­димо снизить себестоимость на 16% про­тив того уровня, который достигнут в первом полугодии. Только при этом условии можно будет выполнить годовое задание. I

Необходим дополнительный нажим для того, чтобы намеченная программа по сни­жению себестоимости была выполнена так­же, как и количественная программа.

В области снижения стоимости строительства дело обстоит еще более неблагополучно. Мы имеем очень слабое снижение I строительного индекса. Нужно во что бы то ни стало добиться в этом отношении зна­чительного и решительного перелома, ибо проведение специализации и кооперирова­ния сможет в большей мере содействовать улучшению качества продукции и сниже­нию себестоимости, требуя однако для своего проведения значительного усиле­ния плановой работы.

Важнейшим моментом в области рацио­нализации производства и впредь необ­ходимо считать борьбу за постановку пра­вильного планирования производствен­ного, процесса и доведение плановых зада­ний до цеха, рабочих бригад и станка. Пла­новые цифры снижения себестоимости дол­жны вытекать из конкретного плана ра­ционализации. Дальнейшее углубление работы по планированию и лучшей орга­низации производства является первооче­редной задачей промышленности и каж­дого рационализаторского органа.

Опыт показывает, что во всех случаях внедрения непрерывного потока наблюда­лось значительное увеличение производительности и пропускной способности пред­приятия, при резком сокращении времени производственного цикла (от 3 до 10 раз), увеличении коэффициента использования площадей (в 3—5 раз), удешевлении об­работки и снижении себестоимости. Необ­ходимо форсировать и в дальнейшем рабо­ту по разделению труда, введению поточ­ной системы и конвейеризации произ­водства.

По вопросу о стандартизации следовало бы говорить очень много, потому что еще многие недооценивают значения этого ме­роприятия, а между тем система мер в об­ласти стандартизации является одним из могучих факторов в деле улучшения произ­водства, в деле рационализации всего технологического процесса, ибо стандарти­зация дает возможность постановки мас­сового производства и введения непрерыв­ного потока. Стандартизация создает и значительную возможность усиления борь­бы за качество продукции, так как задача при этом значительно облегчается в част­ности тем, что не соответствующее стан­дарту будет браковаться. Поэтому при стандартизации мы получаем серьезное оружие не только для увеличения массы продукции, но и для решительной борьбы с этим величайшим злом — низким каче­ством продукции. Я не буду останавли­ваться подробно на этом, — скажу только, что в области стандартизации мы имеем не­которые достижения. Число общесоюзных промышленных стандартов превышает 1 400, охватывая почти все отрасли про­мышленности. Достижения эти все же крайне незначительны. Стандартизация до последнего времени оставляет в стороне стандартизацию оборудования и стройма­териалов. Расширение стандартизации в этих областях является задачей перво­степенной важности,

Товарищи, пожалуй, стоит привести некоторые примеры, к чему приводит работа по рационализации производства на отдельных предприятиях. Читая эти примеры, становится непонятным, почему до сих пор не догадывались провести то или другое рационализаторское мероприя­тие и получить существенные производст­венные достижения. Получаются порой прямо чудеса. Например, применение электросварки котлов на заводе Мастяжарт здесь в Москве дало снижение себестои­мости котла с 2 300 до 1 612 руб., т. е. на 30%. На «Красном Сормове» проведен­ная небольшая рационализаторская рабо­та по наладке станков, по изготовлению приспособлений для станков обеспечила снижение затраты времени на обработку цилиндра компрессора с 19,5 часов до 5,5 часов, или в 3 1/2 раза. Там же время обработки фланца к дизелю после рацио­нализации снизилось с 9 часов до 1 часа 30 минут, или в 6 раз. В результате рацио­нализаторской работы в литейном цехе «Красного Профинтерна» выпуск увели­чился на 23% при одновременном сниже­ний себестоимости на 21,6%.

Эти отдельные иллюстрации являются показателем того, какие огромные еще резервы развития нашей промышленности мы можем мобилизовать, если поставить на должную высоту рационализаторскую работу и борьбу с потерями в промышлен­ности.

Конечно, не везде рационализация при­водит к таким поразительным итогам, но вы сами понимаете, что каждый про­цент улучшения работы, будучи помножен на нашу огромную промышленность, все более и более растущую, дает стране огром­ное количество дополнительной продук­ции. При выпуске в 18 млрд. продукции промышленностью, планируемой ВСНХ, каждый процент составляет 180 миллионов, каждые 10% — это 1 миллиард 800 мил­лионов. Поэтому нужно всем фронтом навалиться на это дело, и получение по одному, по два, по десять процентов на каждом заводе в максимальной степени ускорит наши темпы развития. Потери у нас в производстве благодаря нерацио­нальной постановке дела, еще крайне ве­лики. Подсчеты товарищей, работающих в области топливо использования, говорит, что мы минимум на 300 млн. руб. топлива сжигаем по всей промышленности больше того, чем это технически необходимо. До­статочно применить во всех предприятиях уже известные проверенные рационали­заторские мероприятия, и мы можем сэко­номить для нашей страны на 300 млн. руб­лей топлива, столь ценного для нашего народного хозяйства. Весь излишек рас­ходуемого в строительстве металла состав­ляет по подсчетам товарищей строителей 200 тыс. тонн. Я лично думаю, что эта цифра преуменьшена, но 200 тыс. тонн металла — это результат годовой работы среднего завода. Этот металл теряется зря благодаря неэкономному и нерацио­нальному расходованию его в строитель­стве. Перерасход кирпича в строитель­стве определяется цифрой не менее 1,5 млрд. штук в год. На небрежном расходо­вании смазки мы теряем до 40 млн. рублей в год на нерациональной таре и упаковке — свыше 50 млн. рублей в год. Все это гово­рит о том, что необходимо эту работу по борьбе с потерями поставить как оче­редную задачу, всемерно для этой цели развертывая и укрепляя рационализатор­скую работу и органы рационализации как на производстве, так и специальные рационализаторские конторы при объеди­нениях, при трестах и т. д.

Возьмем такой вопрос, как обмен опытом.

Ведь позор, что в нашей стране, где уничтожена -частная собственность на средства I производства, где существует плановое хозяйство, где каждое предприятие руко­водствуется не интересами конкуренции, а интересами обслуживания нужд рабо­чего класса и интересами пролетарского, государства, существуют еще секретничество и скрывание тех достижений, которые имеются на том или другом отдельном предприятии. Можно было бы приве­сти целый ряд примеров, но я ограничусь здесь лишь тремя. Вот, например, ураль­ские заводы овладели способом изготов­ления изложниц, выдерживающих от 120 до 150 плавок. Урал перегнал Юг в этом во­просе, ибо заводы Югостали имеют излож­ницы, .выдерживающие лишь 40 плавок. Так вот до сих пор Урал не обменялся этим опытом с южными заводами. Если тут нет секретничества, может быть в этом нельзя обвинять уральские металлургические за­воды, тогда тут во всяком случае имеется чрезвычайная неповоротливость южных за­водов и отсутствие инициативы у ураль­ских металлургических заводов, для того чтобы перенести хороший опыт на другие предприятия. Здесь дело конечно и в недо­статках планирования и в недостатке ру­ководства со стороны высших органов промышленности. Но факт остается фактом: на Урале достигли 150 плавок в изложни­цах, а на Юге изложницы выдерживают только 40 плавок, и успехи Урала не пе­ренесены на Юг.

Между 2-й ситценабивной фабрикой в Серпухове и фабрикой имени Веры Слуцкой в Ленинграде 18 месяцев длилась переписка относительно присылки черте­жей песочных фильтров для отбельной. Фабрика нужных ей чертежей не получила еще до настоящего времени. Битумсланец (есть такой трест, который должен будет эксплуатировать месторождения сланца в

Ленинградской области и Средне-волж­ском крае) отказал Москвотолю в разре­шении прислать последнему своих людей для ознакомления с новым производством церезита, ссылаясь на то, что он может своими силами удовлетворить потребность всей страны. Я узнал об этом факте не­давно. Я считаю, что необходимо принять суровые меры по отношению к тресту, который рассматривает себя в нашей стра­не как какое-то капиталистическое пред­приятие. На предприятия капиталисти­ческих стран мы ездим учиться для того, чтобы воспринять оттуда последнее слово техники, — а тут наш советский трест отказывает нашему же советскому тресту в посещении его предприятий, потому что он сам может удовлетворить потреб­ности внутреннего рынка.

Рационализация в строительстве, това­рищи, должна приковать к себе величай­шее внимание всех организаций. Тут у нас дело обстоит очень плохо и в области проектирования, являющегося огромным фактором в деле упорядочения капиталь­ного строительства, и в области стандарти­зации строительных материалов, типов по­строек, и в области механизации, в отно­шении которой мы еще находимся на очень низком уровне. Во всех этих областях вопросы рационализации строитель­ства должны быть предметом особого внимания со стороны всех организаций. Социалистическая рационализация являет­ся важнейшим рычагом в деле вскрытия имеющихся резервов, в деле снижения се­бестоимости, в деле улучшения качества продукции и развертывания производства. Все пролетарские организации должны крепко взяться за это дело, втянув в него широкие слои рабочих, и в особенности поставить эти рационализаторские задачи перед соревнующимися ударными брига­дами, тогда можно будет достигнуть еще больших темпов развития.

Кадры.

Товарищи, кратко остановлюсь на край­не важном факторе развития промышлен­ности — это на кадрах. Развертывание го­сударственной промышленности теми тем­пами, которые мы взяли при осуществлении пятилетки, перевод промышленности, на более высокую техническую базу, введе­ние новых методов и форм производствен­ной работы — выдвигают задачи созда­ния новых и переподготовки старых кад­ров рабочей силы.

Нужен подъем технического и общекуль­турного уровня всего рабочего класса. В ряде важнейших и первоочередных проб­лем социалистического строительства эта проблема становится как одна из важней­ших и решающих. При теперешнем со­стоянии кадры в значительной мере яв­ляются  лимитом  для  темпов развития всего народного хозяйства и конечно про­мышленности.   Во   многих  случаях,   во I многих отраслях и во многих производствах не деньги, не строительные материалы играют роль элементов, сдерживающих развитие, а кадры, состояние подготовленных и обученных людей.

Мы могли бы например значительно более смело идти по линии строительства промышленности искусственного волокна, но тут среди других лимитов выступает лимит незнания нами процессов производ­ства, неумения наладить технологические процессы и проектировать соответствую­щие заводы. Только с привлечением ино­странной технической помощи нам это удается. И так во многих случаях мы могли бы двинуть дело значительно более быстро вперед, если бы у нас были хорошо подготовленные кадры.

Начну с рабочей силы.

В области подготовки рабочей силы те темпы, которые у нас сейчас имеются, недостаточны. Недостаток времени не поз­волит мне остановиться на этом вопросе, подробно, поэтому я еще раз подчеркиваю то, что записано в тезисах, утвержденных Центральным комитетом по моему док­ладу. Программа, которая там намечена, является обязательной и должна быть во что бы то ни стало выполнена.

Мы должны сейчас форсированными тем­пами обучать соответствующей квалифи­кации рабочих. В самом деле, в течение текущего года вовлечено в производство 250 тыс. человек, в будущем году нам предстоит вновь вовлечь 350 тыс. человек, между тем в школах ФЗУ обучается всего около 170 тыс. человек. Совершенно есте­ственно, что все остальное количество необходимой рабочей силы должно быть наскоро, быстро квалифицировано, обу­чено на краткосрочных курсах, через базы ЦИТа и т.д. и т.д.

Школы ФЗУ, являющиеся основной фор­мой подготовки рабочей силы, должны получить большое развитие. Прием на будущий учебный год составит 135 тыс. человек. Но этого недостаточно, это во всяком случае не обеспечивает нужд се­годняшнего дня. Нужно во что бы то ни стало дать широчайший размах всем крат­косрочным формам подготовки рабочей силы для производства и для строительства.

В области подготовки инженерно-тех­нических кадров задачи стоят величайшие. Потребность в инженерах равна 176 тыс. человек для одной промышленности; в среднем техническом персонале потребность выражается в 259 тыс. человек; всего надо подготовить за это пятилетие 435 тыс. человек инженерно-технического персонала. В то время как все наличие инженерных кадров у нас составляет около 24 тыс. человек с высшим образованием, 27,5 тыс. человек — с низшим, при 48,5 тыс. практиков. Дополнительно нужно подготовить 435 тысяч человек.

Совершенно ясно, что все это требует исключительного напряжения сил всей страны, всего хозяйственного аппарата, мобилизации всей пролетарской общест­венности. У нас довольно быстро растут высшие учебные заведения. В течение по­следнего года начинают функционировать 11 новых втузов, ряд новых факультетов.

Начато строительство 20 новых втузов. Но все это недостаточно. Все эти темпы в будущем должны приобрести еще более стремительный характер.

Совершенно естественно, что нашими за­дачами является не только подготовка новых специалистов, но и лучшее исполь­зование и переквалификация тех, кто работает сейчас. Особенно больным у нас является участок научно-исследователь­ской работы, где работает меньше 2% общего количества учтенных ученых спе­циалистов. Коммунистическая прослойка там всего только 8%. Это положение тре­бует во что бы то ни стало решительного изменения.

Потребность в инженерно-техническом персонале, и в высшем и в среднем, еще более обостряется в связи с теми процес­сами вредительства, которые были в на­шей промышленности и о которых под­робно здесь рассказывал т. Орджоникидзе. Совершенно очевидно, что нам нужно во что бы то ни стало выковать свои собствен­ные кадры пролетарских специалистов. Вез собственных пролетарских кадров специалистов мы можем натолкнуться на новые рецидивы вредительства. А между тем инженеры, вредившие нашей промыш­ленности, много знают и много могли бы дать нашей промышленности, если бы захотели.

Работа ОГПУ по привлечению вредите­лей к исправлению допущенных ими актов вредительства в этом отношении весьма показательна.

ОГПУ побудило целый ряд специалистов исправить тот вред, который они причини­ли промышленности, и мы имеем уже зна­чительные результаты на целом ряде участ­ков промышленности. Некоторая часть инженеров уже .стала работать и давать промышленности то, что они в течение десятилетия скрывали.

Где гарантия, что еще многие специа­листы, связанные со старым строем и меч­тающие о его возврате, не продолжают в настоящее время вредить, а если не вредить, то во всяком случае не выяв­лять до конца своих технических знаний и тем самым тормозить техническое пере­вооружение промышленности? Таких га­рантий нет. Тысячи и тысячи инженеров работают вместе с пролетарским государст­вом, вместе с рабочим классом, отдавая все силы социалистическому строительст­ву; тысячи и тысячи инженеров уже срос­лись с нашим величайшим делом строи­тельства социализма. Но совершенно оче­видно, что пролетарское государство толь­ко тогда подчинит прочно интересам ра­бочего класса процесс технического перевооружения промышленности, когда оно выкует свои собственные технические кадры, когда вместе с тем от так называемого «общего» руководства хозяйственники пе­рейдут к детальному техническому руко­водству, вооружившись необходимыми тех­ническими знаниями.

Само  собою   разумеется,  что должны быть максимально использованы все чест­но работающие специалисты; для их рабо­ты должна   быть  создана максимально товарищеская и благоприятная обстанов­ка. Но без выковывания своих кадров, без   решительного   продвижения впереди в деле получения красных инженеров из рабочего класса, мы не будем иметь окон­чательной гарантии того, что реконструкция промышленности пойдет по пути, обес­печивающему   окончательное построение социализма в ближайшие годы.

Активность рабочих масс.

Товарищи, бурный темп развития нашей промышленности сопровождался ростом числа рабочих, занятых в промышленности при одновременном улучшении материаль­ного и культурно-бытового их положения. За период с 1926/27 г. количество рабочих увеличилось на 394 тыс, человек, причем только первое полугодие текущего года дало прирост в 250 тыс. рабочих. Уровень реальной заработной платы вместе с соц­страхом превышает довоенный уровень на 67%. Если учесть, что эти достижения мы имеем на фоне проводимого 7-часового рабочего дня (уже в текущем году 47% ра­бочих будет переведено на 7-часовый ра­бочий день), введения пятидневной рабо­чей недели, огромных вложений по линии нового жилстроительства и охраны труда, то получается совершенно явная картина систематического повышения уровня ма­териального положения рабочих.

Вложения в жилищное строительство промышленности за последние три года возросли почти в три раза достигнув 341 млн. руб. в текущем году.

Рост промышленности, перевыполнение пятилетки, улучшение материального положения и культурно-бытового обслужи­вания рабочих, развертывание самокри­тики — все это вместе взятое привело к невиданному повышению активности рабочих масс.

Мы имеем широко развернутую волну социалистического соревнования, причем, как правило, почти не имеющее исключе­ний, это социалистическое соревнование и ударничество приводят к значительному росту выработки, к уменьшению себестои­мости и к значительному росту производственно-технической активности рабочих. Увеличивается рост предложений по улуч­шению техники и организации производства. Имеется масса очень интересных примеров, как эти предложения рабочих форсируют производственные процессы.

В результате соцсоревнования и ударни­чества оживилась работа производствен­ных совещаний. Правда, тут еще не все сделано, и это особенно ярко видно из це­лого ряда случаев, которые в последнее время проявлялись в связи с развертываю­щейся борьбой с потерями. Производст­венные совещания не смогли еще доста­точно мобилизовать активность рабочих масс. Так например на заводе «Электро­сила» за весь 1928/29 г. поступило 930 предложений, а когда был организован двухнедельник борьбы с потерями, то этот двухнедельник дал 4 тыс. новых пред­ложений. На Электрозаводе в Москве деся­тидневка борьбы с потерями дала 2 500 предложений.

Вскользь упомяну о безобразном поло­жении, которое до сих пор наблюдается в деле реализации экономически выгод­ных и полезных предложений со стороны рабочих. Правда, тут уже сделаны первые шаги, которые внесут в это дело значи­тельное улучшение. Я говорю относительно опыта назначения председателей производ­ственных совещаний помощниками дирек­торов, в функцию которых входит реализа­ция предложений производственных сове­щаний. Это мероприятие дало значительные результаты в деле реализации предложе­ний. Очевидно, нужно распространить эти организационные формы на значительно большее количество предприятий.

В отношении изобретательства актив­ность рабочих также сильно возросла, К сожалению, с изобретательством дело обстоит неблагополучно. Мы имеем много заявок, имеем большое количество изоб­ретений. За 1928/29 г. и 1929/30 г. вместе количество патентных заявок рабочих уве­личилось в 12 раз. Это уже не мелкие приспособления на тот или другой отдель­ный станок на заводе. Это уже имеющее огромное народнохозяйственное значение изобретательство.

Нужно уделять рабочему изобретатель­ству значительно больше внимания, значи­тельно большее количество средств.

Итоги.

Перехожу, товарищи, к итогам. Что было основной причиной бурного роста промышленности, что было главной пружиной, движущей развитие промышлен­ности? Не колеблясь нужно сказать, что важнейшей причиной этого стремитель­ного движения вперед является социали­стическое соревнование и ударничество. Только благодаря этой выросшей поли­тической активности рабочего класса, толь­ко благодаря тому, что рабочий класс осознал до конца общность своих классо­вых интересов со строительством социа­лизма, только потому, что рабочий класс отдает все силы на то, чтобы двинуть впе­ред развитие промышленности и макси­мально быстрыми темпами догнать и перег­нать капиталистические страны, — только благодаря этому мы имеем соответствую­щие успехи.

В свою очередь эта политическая актив­ность рабочих, этот энтузиазм, который был проявлен рабочим классом, явились результатом правильной политики партии в области нашего социалистического строительства. Подводя итоги по выпол­нению пятилетнего плана, мы можем с уверенностью сказать, что пятилетний план промышленности будет выполнен в четыре года. Этот лозунг звучит из уст каждого рабочего, и это важнейшая гарантия победы! Гарантией победы яв­ляется и то, что процессом социалисти­ческого строительства руководит ленин­ская партия.

Центральный комитет партии за отчет­ный период внимательно относился к раз­витию каждой отрасли промышленности. Нет ни одной хоть сколько-нибудь важ­ной отрасли промышленности, которой бы Центральный комитет не занимался. И не было ни одного случая, когда ЦК с по­мощью ЦКК — РКИ, с помощью хозяй­ственных органов не находил бы добавоч­ных источников для повышения темпов к тем самым не добивался бы ускорения про­цессов социалистического строительства.

Вот вам перечень вопросов, которые обсуждались на Политбюро Центрального комитета. Я беру только наиболее важные.

Пятилетний план развития народного хозяйства.

О состоянии и перспективах текстильной промышленности: ЦК было принято важ­нейшее решение относительно подтягива­ния сырьевой базы, разведения и исполь­зования кендыря и рами и т.д.

Решением ЦК о Главхлопкоме были даны значительно большие проектировки производства хлопка, чем это было запи­сано в пятилетнем плане.

Решение об увеличении программы су­достроительного треста, о котором говорил здесь т. Орджоникидзе.

ЦК обсуждал также вопросы: о деятель­ности Ленмаштреста, о перспективах раз­вития цветной металлургии, о работе Югостали, о тракторостроении и сельхоз­машиностроении (когда была принята эта грандиозная программа, о которой я док­ладывал), о лесоэкспорте, о военной про­мышленности, о ходе выполнения кон­трольных цифр промышленности в I квар­тале 1929/30 г.(было принято очень важное решение, давшее в конце концов возмож­ность одержать нам победу в смысле дости­жения количественных результатов про­граммы 1929/30 г.).

ЦК рассматривал кроме того вопрос о ра­боте электротехнической промышленности, об увеличении ассигнований для черной металлургии, о деятельности Южно-руд­ного треста, о руководстве промпредприятиями в связи с докладом о состоянии в металлопромышленности (крайне важное, имеющее историческое значение решение, которое устанавливает правильные взаимо­отношения между всеми заводскими орга­низациями), о строительстве Днепров­ского промышленного комбината, о ра­боте Уралмета, о реконструкции заводов черной металлургии и т. д. и т. д.

Повторяю, я перечислил только важней­шие вопросы хозяйственного строительст­ва. ЦК по-большевистски, по-ленински настойчиво руководил процессами социа­листического строительства, процессами социалистической реконструкции промыш­ленности.

В настоящее время происходят бои за промфинплан, за пятилетку в четыре года. Мы уже одерживаем победу и по ви­димому одержим полностью победу в деле выполнения количественных заданий. Но нам предстоят еще большие бои. И эти бои лежат прежде всего на фронте строитель­ства. Нам нужно во что бы то ни стало раз­вить здесь большевистскую энергию.

Нам предстоят бои на фронте улучшения качества продукции, на фронте борьбы за снижение себестоимости. Промышлен­ный план и пятилетка в четыре года будут выполнены не самотеком, а только в ре­зультате огромных боев, огромных сра­жений.

Кто руководит этим грандиозным боем? Им руководят ленинская партия и ее ЦК.

Победа обеспечена именно потому, что руководит этими боями ленинская партия, победа будет обеспечена именно потому, что армией, бросившейся в сражение, яв­ляется наш славный рабочий класс. (Шумные продолжительные аплодисменты.)