Кривляния нездоровой мысли

«Как уже не раз в истории, современное искусство стало символом перемен, который кому-то просто необходимо уничтожить». (1) Эта фраза губернатора Чиркунова после попытки поджога деревянной буквы «П» в районе железнодорожного вокзала относительно точно отразила то, что творится в культурной жизни Прикамья в последние два-три года.

Начало этим переменам положила, как известно, выставка «Русское бедное», целью которой было оценить, как отнесутся пермяки к бессодержательному искусству. Впоследствии эксперимент был продолжен, и город начал наполняться тем, что сегодня принято называть «актуальным искусством».

Вновь поднятая шумиха вокруг «красных человечков», которых демонтировали у Большого зала филармонии и краевой администрации 26 ноября, в очередной раз показала, что значимость пермских арт-объектов заключается в чем угодно, но только не области культурного просвещения горожан. «Красные человечки» стали формальным обоснованием для снятия депутата Окунева, который нарушил авторские права, использовав в своих агитматериалах фотографии деревянной буквы «П» и других арт-объектов. Они же продолжают держать на плаву политтехнолога Марата Гельмана, который на большее вряд ли способен. Однако говорить о какой-либо художественной ценности этого искусства не приходится в принципе.
Какому здравомыслящему горожанину, воспитанному на подлинном искусстве классического реализма, может придти в голову, что эти арт-объекты сделали наш город культурнее? Они могут придать облику города лишь декорацию, картинку мнимого культурного развития, но за его фасадом будет только пустота и провинциальность. Взять, например, «пермский Арбат», пешеходную улицу Кирова. Власти усиленно пытаются сделать ее популярной среди пермяков, но не догадались даже вымостить «Арбат» брусчаткой, а на самой улице стоит аварийное здание, в котором живут люди. И неизвестно, что их ждёт, когда несущие конструкции дома просто рухнут.

«Современное искусство может нравиться или нет, это нормально. Но бороться с ним — это варварство, уничтожать — вандализм, не признавать его существования — глупость и консерватизм». (2) Понятно, что Чиркунов написал это в своем блоге для того, чтобы оправдать те колоссальные растраты бюджетных денег на пермскую «культурную революцию», которая, по мнению чиновников и политтехнологов от культуры, призвана была оживить город, сделать его узнаваемым.

Губернатор выдвигает тезис о том, что непризнание современного искусства — это глупость и консерватизм. Причем он намеренно смешивает эти совершенно разные понятия. Признание или непризнание «надкушенного яблока», «красных человечков» или большой буквы «П», прозванной в народе «табуреткой», — выбор каждого. Дело в другом: пропаганда сомнительных экспериментов в искусстве не содействует поднятию общей культуры людей. Скорее наоборот — это формирует ложные представления о культуре и ее роли в общественной жизни.

Например, для того, чтобы отучить подростка от мата, необходимо заинтересовать его чтением художественной литературы, показать, какое духовное богатство можно приобрести через постижение подлинного искусства.

Обвинять кого-либо в художественном консерватизме только на основании того, что бессодержательное и беспредметное самовыражение «свободных художников» не находит поддержки у населения, может только тот человек, который сам имеет чрезвычайно скудный уровень эстетического воспитания. Действительная оригинальность не имеет ничего общего с кривляньями нездоровой мысли. Вместо развития социальной инфраструктуры жителям в качестве креатива предложили оценить «дизайнерские решения» Лебедева, который помог городским властям с «оригинальными» проектами остановок общественного транспорта.

Причём, любой старшеклассник смог бы сделать гораздо лучший проект, чем московский дизайнер и бизнесмен.

Пермяки ждут, когда Гельмана с его «красными человечками» выпнут из города; нам нужно настоящее искусство, в котором форма не будет противоречить содержанию, а самый смысл не ограничен коммерческими целями.

1. http://chirkunov.me/2011/11/19/грустно/
2. Там же.