Скольжение по поверхности

Размещаем критическую статью пермской организации РКРП в адрес доклада Батова, в которой авторы критикуют «рабочий подход» Батова в партийном строительстве, выраженный в известной формуле «противоречия» между пролетариатом и интеллигенцией.

(О докладе А.Батова «Феномен левого антикоммунизма на примере отношения  к Сталину» (журнал «Марксизм и Современность», №1, 2010 г.)

Хорошо, что секретарь ЦК РКРП-РПК по работе с молодежью Александр Батов пытается осмыслить, почему «в негативной оценке Сталина сходятся как антикоммунисты, так и многие левые, в т.ч. и те, кто называет себя коммунистами». Плохо то, что к этому осмыслению он подходит поверхностно, не вскрывая и не вникая в суть братания тех, кто относит себя к левым и даже называет себя коммунистами, и откровенных антикоммунистов.

В качестве левых, называющих себя коммунистами, Батов рассматривает современных троцкистов (и их разновидности), которые солидарны «с позицией, изложенной ещё в 1938 г. в Манифесте «конференции 4-го Интернационала»: «С помощью кровавого террора, гангстерских нападений на революционеров заграницей и подкупа рабочего движения и интеллигенции, реакционная бюрократия установила ненавистный тоталитарный режим в СССР…»

Батов считает, что эти «левые» и «коммунисты» пропагандируют некий привлекательный идеал социализма. Поэтому они выигрывают: «С позиций идеала чрезвычайно удобно критиковать реальность, всевозможных «извратителей» социализма, особенно Сталина. Реальность сравнивается с идеалом и закономерно проигрывает.» Батов встал на эту пораженческую позицию и не пытается разобраться в сути предлагаемого этими якобы левыми и якобы коммунистами идеала социализма с позиций марксизма-ленинизма. Вместо этого Батов взялся объяснять факт братания лжекоммунистов с открытыми антикоммунистами тем, что «членской базой большинства современных троцкистских организаций является студенчество, а также профессура и иные представители интеллигенции»; тем, что «Каутский, еще будучи марксистом, писал (а Ленин вслед за ним повторял) об антагонизме между интеллигенцией и пролетариатом». При этом Батов процитировал часть высказывания Каутского, которое Ленин привел в работе «Шаг вперед, два шага назад» и нечаянно или сознательно упустил следующее: «Как отдельный капиталист, так и отдельный интеллигент может всецело войти в классовую борьбу пролетариата. В тех случаях, когда это имеет место, интеллигент изменяет свой характер. И в дальнейшем изложении речь будет идти, главным образом, не об этого типа интеллигентах… под интеллигентом разумею я лишь обыкновенного интеллигента, стоящего на почве буржуазного общества…».

То есть интеллигенты бывают разные, и те из них, которые «стоят на почве буржуазного общества» действительно могут проявлять «известный антагонизм в настроении и мышлении» в отношении пролетариата. Батов упускает из виду, что в начале 20 в. симпатии к марксизму были широко распространены среди интеллигенции в Российской империи, существовала даже своеобразная «мода на марксизм». Именно поэтому существовали так называемые «легальные марксисты», буржуазные интеллигенты, отрицавшие необходимость социалистической революции, но вместе с тем разделявшие марксистский анализ капитализма; марксистами, в частности, себя считали и такие впоследствии ярые антикоммунисты, как Бердяев и Струве. Более того, Струве даже написал первую программу Российской Социал-демократической Рабочей Партии. В работе Ленина «Шаг вперед, два шага назад» критикуется меньшевистский подход к строительству марксистской партии. Меньшевики, гонясь за массовостью партии, стремились включить в ее состав всю эту массу интеллигенции. Естественно, для этого требовалось сделать партию рыхлой, с размытыми границами, чтоб не оттолкнуть мелкобуржуазную интеллигентскую массу излишней «жесткостью» и дисциплиной. С таким пониманием партстроительства боролся Ленин, настаивавший на том, что лучше небольшая партия, но зато дружная и крепко спаянная, члены которой имеют одну точку зрения по важнейшим вопросам марксистской теории и готовы действовать сообща. Так как в среде буржуазной интеллигенции, на волне моды считающей себя «марксистской» широко распространены различные идеологические уклоны, извращения марксизма и просто индивидуалистическое нежелание активно работать в составе пролетарской партии. Ведь почти у каждого такого интеллигента может быть свое собственное, зачастую весьма «оригинальное» «понимание» марксизма. Об этой интеллигентской среде шла речь у Ленина, когда он утверждал, что между интеллигенцией и пролетариатом существует антагонизм.

Сегодня же мы имеем абсолютно другую картину. Ни о какой моде на марксизм не может идти речи, наоборот, в обывательской среде (как в интеллигентской, так и среди рабочих) у марксизма репутация «несбыточной утопии», «провалившегося эксперимента». Кроме того, у коммунистических организаций и считающих себя таковыми напрочь отсутствует связь с массами и сколько-нибудь массовая поддержка. Поэтому социальный состав Российской коммунистической рабочей партии и различных троцкистских организаций примерно одинаков: в основном это студенчество и интеллигенция при очень небольшом количестве рабочих. Это вполне нормальное положение для сегодняшнего этапа развития левого движения: активистами организаций становятся, в основном, те, у кого широкий кругозор, кто много читает и интересуется политикой. А это, по понятным причинам, большей частью люди с высшим образованием и студенты ВУЗов. Не следует забывать, что образование в РФ еще частично бесплатное и молодежь из пролетарских семей, при наличии соответствующих способностей, имеет возможность получения высшего образования. Таким образом ряды коммунистов и ряды троцкистов пополняют люди примерно с одним и тем же социальным положением, разница здесь в основном в индивидуальном стремлении к серьезному изучению марксизма-ленинизма. Тот, кто его не изучает, ограничиваясь повторением заученных фраз, не понимая часто их значения, является «социальной базой» для последователей Льва Троцкого. Антагонизм между Знанием и Невежеством – вот главная причина появления «левого антикоммунизма».

Утверждение же Батова «об антагонизме между интеллигенцией и пролетариатом» вообще ошибочно и вредно, т.к. вбивает клин между интеллигенцией, стоящей на почве марксизма-ленинизма, и пролетариатом, потенциально революционным классом, во-первых, а во-вторых, это утверждение не объясняет, а запутывает вопрос: почему те, кто называет себя левыми и даже коммунистами, братаются на почве отрицания реального социализма сталинского периода?

А суть этого братания в том, что эти якобы коммунисты проповедуют ложный социализм, удобный для буржуазии. Таковыми эрзац-социализмами являются «социализм» «Справедливой России», «социализм» КПРФ, «социализм» троцкистов и других «левых» и «коммунистов», черпающих свой «социалистический идеал» из багажа буржуазной идеологии.

Правильно указав: «эти левые спасаются от пресса буржуазного режима тем, что проповедуют либеральный взгляд на коммунизм, пытаются казаться «своими» для либеральной буржуазии и в итоге примыкают к буржуазному режиму в борьбе с коммунистами, становятся тем самым «левыми» помощниками буржуазии», — Батов делает ошибочный и вредный вывод: «Троцкисты не ревизируют цели коммунизма, но их тактика не имеет ничего общего с марксистско-ленинской, а само движение напоминает скорее меньшевистскую партию».

Батов заявил: «крайне важно сохранить ортодоксальность марксистской науки, сохранить ее революционный характер, не допустить ревизии как справа, так и слева», — но не соизволил вникнуть в суть троцкизма как ревизии стратегии коммунизма и соответственно его цели.

А ведь уже в словах из Манифеста 4-го интернационала: «реакционная бюрократия установила ненавистный тоталитарный режим в СССР», — заложено отрицание одного из главных положений марксизма-ленинизма – диктатуры пролетариата при общественной собственности на средства производства, и переход на позиции буржуазии.

Далее в словах Паренти, указывающих на то, что предлагают троцкисты: «они предлагают заявление о том, как рабочие сами будут напрямую владеть и управлять средствами производства, и как они найдут свои собственные решения в процессе творческой борьбы», — четко указано на отрицание общественной собственности в пользу групповой (частной) собственности со всеми вытекающими из нее отношениями капиталистического рынка. Эта проповедь анархо-синдикализма есть полное отрицание марксизма-ленинизма и соответственно цели коммунизма.

Троцкизм есть отрицание марксизма-ленинизма еще и потому, что тот, реальный социализм, который развивался в СССР до 1950-х гг., он классифицирует как государственный капитализм (или же «деформированный социализм») с правящим классом бюрократии. Это злостное извращение сути марксизма-ленинизма.

Батову следует знать, что интеллигенция – это весьма пестрая по социальному положению и соответственно по взглядам прослойка между классом буржуазии и классом пролетариата. Суть в том, на какую классовую сторону интеллигент склоняется и в какой мере он разделяет и понимает положения марксизма-ленинизма. Троцкисты являются по их воззрениям проводниками буржуазной идеологии и находятся в одном лагере с буржуазией, лишь изображая себя ее противниками. На такой позиции может оказаться как интеллигент, так и рабочий. Кстати сказать, некоторые троцкистские организации  Западной Европы и Латинской Америки по своему влиянию на рабочий класс далеко обгоняют РКРП. Что не делает их менее антимарксистскими и вредными для рабочего движения. По наблюдениям некоторых товарищей, работающих на заводах, среди современных рабочих индивидуализма и эгоизма нисколько не меньше, чем среди интеллигентов. Поэтому курьезно отношение к рабочему классу как к божеству, часто встречающееся в РКРП и выражающееся в погоне за числом рабочих в составе организации, а также в «рабочих квотах» для руководящих органов. Выдвигать человека на руководящую работу только лишь по причине его «правильного» социального положения –  вредная глупость.

И последнее. Батов и многие наши товарищи говорят об «ортодоксальном марксизме», «ортодоксальном марксизме-ленинизме». Между тем прилагательное «ортодоксальный» применительно к марксизму-ленинизму, хотят того или нет товарищи, защищающие марксизм, указывает на то, что якобы существует марксизм не ортодоксальный. Марксизм всегда был и будет только ортодоксальным. Прилагательное «ортодоксальный» — не только просто лишнее, оно вредно, т.к. создает иллюзию, что возможен какой-то другой марксизм-ленинизм  —  не революционный. Этим мы подыгрываем лжекоммунистам, которые, в частности, состоят в лжекоммунистической КПРФ.

Таким образом, можно констатировать, что данный доклад Александра Батова отражает как его личные заблуждения и поверхностное отношение к вопросам марксизма-ленинизма, так и предрассудки, имеющие место быть среди членов РКРП. С явлениями такого рода необходимо бороться, что мы и попытались сделать в данной критической статье.

К. Курмеев, В. Сарматов

Комментарии закрыты.